Книга Добро пожаловать в порок, страница 103 – Мэри Блум

Врываясь в мысли, из коридора донесся тревожный хлопок — отчетливый и сердитый, похожий на стук входной двери. Выключив воду, я торопливо завернулся в полотенце и вышел из ванной. Ни пальто Майи, ни ее ботинок в коридоре уже не было. После всего она ушла, даже не попрощавшись. Почему? Чувствуя, как тело после душа начинает охватывать холод, я озадаченно свернул к себе в комнату.

Постель была по-прежнему разворошена, намекая, как много на ней случилось ночью. Мои вещи небрежно валялись рядом, однако одежды Майи больше не было, а верхний ящик стола, куда я вечером убрал ее браслет, был широко распахнут. Я подошел к нему и нахмурился, увидев беспорядок, которого еще прошлым вечером не было.

Рядом с моим оставшимся в одиночестве медальоном лежал сердито скомканный листок — рисунок, который мне однажды дала Алгон. Только теперь ее лицо было яростно исковеркано бумажными сгибами. Под рисунком многозначительно алели Асины красные трусики, которые я ей до сих пор не вернул и, наверное, уже не смогу. Довершая картину, рядом с трусиками лежал мой смартфон, хотя я точно помнил, что оставлял его вечером на столе. Видимо, он ее и разбудил.

Едва я оживил темный экран, как распахнулось окошко чата, и навстречу бодро выпрыгнул новый бабл с уже прочитанным — не мной — сообщением.

Джуси Пуси: «Как же ты все-таки бесишь!»

Несколько секунд я смотрел на экран, а потом распахнул виртуальную клавиатуру.

Я: «Встретимся на Красном балу. Надо поговорить».

Немного подумав, следом я послал еще три таких же сообщения.

— А вообще, конечно, круто, что мы встретились на Красном балу….

Марко Поло, сидящий рядом со мной за стойкой, не замолкал. Не особо вслушиваясь, я рассеянно уставился на бокал передо мной, наполненный какой-то мутной жижей и заботливо поставленный кем-то. Кем?.. Без понятия. Самое странное, что я даже не знал, как здесь оказался. Помнил, как зашел в клуб, сдал куртку, пересек фойе, распахнул дверь в зал… А затем сразу очутился за барной стойкой без малейшего воспоминания, как добрался до нее. Я словно все время был здесь, и все время рядом, не умолкая, болтал Марко Поло.

— Красный бал, или как я его называю Красная оргия…

Вокруг и правда почти все было красным. Мой взгляд машинально пробежался по утопающему в полумраке залу. Красные лампы, висящие повсюду, разбрасывали приглушенный красный свет, из-за чего сами стены казались красными. Большую часть пространства занимали красные бархатные диванчики и кушетки, превращая место в огромную лаунж-зону, где можно отлично отдохнуть и поразвлечься.

Столы здесь тоже были — застеленные алыми парчовыми скатертями, большие и крепкие, на каких организовывают шведские столы при отелях и ресторанах. Однако вместо тарелок с едой на них в обильных количествах стояли бутылки с алкоголем, хрустальные бокалы и прозрачные вазочки, где вперемежку со спелыми красными яблоками сверкали разноцветные квадратики презервативов. Каждой деталью интерьер больше напоминал бордель или клуб где-нибудь в Квартале красных фонарей, чем студенческую вечеринку.

— Ты же здесь в первый раз, — Марко прихлебнул из своего бокала с мутной жижей. — Тогда пей больше, а то сил на всех не хватит!..

Заглушая все разговоры, по залу летала музыка, одновременно расслабляющая и заводящая — идеальная для приват-кабинки стрип-бара или массажного салона, где под такую же мелодию можно получить минет. Довершая картину, по полу неспешно клубился красный дым, делая пространство почти потусторонним, словно само это место было иллюзией или сном, в котором можно себе позволить что угодно. Все вокруг: цвет, звуки, мебель — было организовано так, чтобы навевать мысли только об одном. Даже покрытые скатертями столы казались похожими на расправленные постели. Такое ощущение, что кто-то специально позаботился, чтобы сподвигнуть гостей здесь потрахаться. Уродливая «А» на руке назойливо зачесалась, будто это было волшебным словом, думая о котором, я получал жуткий зуд.