Книга Добро пожаловать в порок, страница 84 – Мэри Блум

Громкоговоритель сообщил на всю станцию, что электричка отправляется. Нехотя оторвавшись, девчонка вбежала в вагон, лишь на секунду опередив захлопнувшиеся двери, и, плюхнувшись на скамейку, энергично замахала в окно. Ее приятель вяло махнул в ответ. Едва колеса пришли в движение, он развернулся и ушел, однако, не замечая или не желая замечать, девчонка смотрела сквозь стекло и улыбалась в полной уверенности, что ее чувства взаимны. Почему она сама не видит, что это не так? Почему надеется там, где ей не дают надежды?..

В чем-то мы с этим парнем были похожи, хотя ему повезло больше: без особых колебаний он пошел в одну сторону, а она поехала в другую, и единственное место их встречи — школа. Моя же подруга детства всю жизнь жила за стенкой, все время была рядом и могла в любой момент залезть ко мне в комнату. Люк, соединяющий наши квартиры, в каком-то смысле объединял и наши реальности, давая ей думать, что все мое ее, даже я сам ее — и я отлично помнил день, когда меня это начало напрягать. До ее очередного дня рождения у меня даже мыслей не было, что я хочу Асю — она сама сделала так, что они у меня появились.

В тот день я хотел сделать ей сюрприз: быть первым, кто ее поздравит. С рассветом, надеясь, что она еще не проснулась, я полез в этот чертов люк с мягкой игрушкой — весьма габаритным медведем, который, как я думал, приведет ее в восторг. По сути, даже подарок был детским, больше подходящим для ребенка, чем для взрослой девушки. Но для меня она еще не выросла. Это ж Ася, та самая Ася, чьи носки в цветочек и майки с принцессами я подкалывал, когда была такая возможность, хоть она их уже давно и не носила. Куча знакомых вызывали у меня больше фантазий, чем девчонка, которая круглосуточно была под боком.

Ступая осторожно, как ниндзя, чтобы ни одна половица не выдала скрипом моего присутствия, я проник в люк и пробрался на ее лоджию. Дверь в ее комнату была как обычно незаперта и слегка приоткрыта. Я бесшумно прокрался к ней, планируя оставить медведя на тумбочке, и замер у порога, так его и не переступив.

В короткой розовой пижамке Ася лежала на кровати. Ее глаза еще были закрыты, однако то, чем она занималась, красноречиво выдавало, что она уже не спала. Ее легкие шортики упали на пол прямо поверх соскользнувшего туда же одеяла, и, обалдев, я не мог отвести взгляда от того, что они обычно прикрывали. Впервые я наблюдал девушку — настоящую, живую, не картинку в сети — так подробно там. Это было настолько внезапно, что даже мысли в голове будто остановились.

Ее обнаженные бедра разошлись в стороны, открывая нежные темные волоски, среди которых увлеченно и горячо скользили пальчики. Уже подходя к финалу, Ася постанывала сдержанно и тихо, но тем не менее с полной самоотдачей. Ее ладонь двигалась все активнее, размазывая капельки смазки, поблескивающие в утренних лучах. Тяжело дыша, не открывая глаз, подруга запустила другую руку под топик и, стиснув выскочившее из-под ткани полушарие, простонала мое имя. А потом еще раз и еще — водя ладонью между ног все жарче, ничего не замечая, самозабвенно отдаваясь воображаемому мне — пока я реальный стоял у порога и, как в ступоре, смотрел, абсолютно не понимая, что с этим делать.

Ее оргазм случился уже без меня. Развернувшись, я тихо ушел к себе вместе с подарком, чтобы не выдать свое присутствие. Вечером на празднике, где были родители и наши общие друзья, она смеялась и задувала свечи, а я смотрел на нее и вспоминал, как она стонала и двигалась, и задавался вопросом, правильно ли поступил, что ушел. Плюшевый медведь, которого я ей в итоге подарил, казался на этом празднике лишним. Возможно, она ждала совсем другой подарок. Возможно, как раз представляла его, когда ласкала себя утром. В ушах навязчиво звучало, как она выдыхала мое имя, словно звала меня. Лучше бы я этого не слышал — мне бы тогда жилось гораздо спокойнее. Теперь же я был вынужден решать, хочу ее или нет. Это был последний раз, когда я лазил в этот люк без предупреждения.