Книга Моя простая курортная жизнь 1, страница 19 – Мэри Блум

Зевая, Полина скрылась в глубинах дома, я же снова плюхнулся на диван и включил сериал. Вечеринка у героев была как раз в самом разгаре, и Сэт, за которого я болел, мутил одновременно с двумя девушками, буквально разрываясь между ними и не зная, какую выбрать. Надо же, какой бедняга… Обычно я ему сочувствовал, но не в этот момент. В этот момент хотелось посмотреть чего-то более подходящего вечеру. Потянувшись, я подхватил пульт. В отеле нужны разные каналы, поэтому у нас в гостевом доме на кабельном было сразу три канала порнухи. Для тех, чей вечер оказался таким же насыщенным, как и у меня.

— Отнесешь Арише? — Полина протянула мне стакан с чистой водой.

— А что, сама она не выйдет?

Хотя вопрос был скорее риторическим. Завтрак ее сестрица уже пропустила и, судя по всему, такими темпами пропустит и обед. И поделом.

— Ну пожалуйста, Ром… Она приболела… Отнесешь ей, — женские глаза умоляюще смотрели на меня, — таблетку аспирина?..

Ага, универсальное лекарство от этой болезни. Но я отлично понимал, почему Полина просила меня: просто не хотела видеть сестру в таком состоянии, потому что иначе все пришлось бы менять — выговаривать ей, строжиться или учить жизни. А в этом спектакле у всех были свои роли. Разумеется, и я не мог позволить моей доброй управляющей расстроиться из-за родственницы и потерять лицо. Если Полина хотела верить, что у нее милая хорошая сестричка, то такую малость я ей мог обеспечить.

— Конечно, отнесу, — я взял стакан и блистер таблеток, прикидывая, что одной там дело не ограничится.

Конечно, я знал, чем эта зараза приболела, и Полина вне всяких сомнений знала. Однако эту болезнь прямым словом в доме не называли — иначе это изменило бы расклад. По-честному, в спальне ее сестры сейчас был не госпиталь, а рехаб.

Едва я приоткрыл дверь, как на меня щедро пахнуло перегаром. В комнате было душно и темно. Шторы плотно задернуты, не пропуская ни одного солнечного луча. Ну а сама больная полусидела-полулежала на расправленной кровати в просторной темной футболке с надписью «Fuck me! I’m famous», из-под которой снизу торчали голые бедра, а сверху — острые пирамидки, как бы намекая, что белья под низом не имелось. Не поднимая головы, эта знаменитость с равнодушным видом листала ленту на своем смартфоне, отвлекшись лишь на секунду, когда я зашел.

— О, давай сюда, — потянулась она к воде. — Пить хочу!

Еще бы не хотела с таким-то сушняком.

— Да что-то не уверен, что дойду. Тут опьянеть можно только от одного шага.

— Жить надо ярко, — изрекла больная, — так чтоб ни о чем не жалеть!

А шторы закрыты, видимо, для того чтобы солнце не охренело от твоей яркости. Что характерно, яркую жизнь она начинала искать когда уже темнело — но это другой вопрос.

Я подошел к постели, чуть не споткнувшись о кучку вчерашней грязной одежды, небрежно сваленной на полу.

— Постыдилась бы, — не выдержал я, всучивая стакан ей в руки и бросая блистер на тумбочку. — Перед сестрой-то в таком виде!

— Стыжусь, — выдала эта зараза, сделала большой глоток и вернулась к своей ленте.

На этом наше увлекательное общение закончилось. и я вернулся к своим делам, а она к вечеру выползла из комнаты, привычно косплея примерную младшую сестру — в темной футболке, предлагающей трахнуть эту знаменитость, и чистых спортивных штанишках без всяких пятен — конечно, она же не ходит в них на вечеринки. О вчерашнем веселье напоминали только посеревшее лицо и круги под глазами.