Книга Моя простая курортная жизнь 5, страница 35 – Мэри Блум

— А может, и раньше, — задумчиво добавил Тим. — Все-таки в этот раз мощно накосячил. Ума не приложу, как будет выкручиваться. Опять ей что-нибудь этакое подарит… громадное…

— Угу, — булькая пивом, бросил кто-то, — он по-другому и не умеет. Из-под земли достанет все, что она захочет…

— Еще вино есть? — чуть поморщилась Марианка.

— Кончилось, — Лизавета потрясла пустой бутылкой. — Хотя, если б Катерине захотелось бутылочку, не то что пивкомобиль, он бы сюда целый винолет пригнал. И поливал бы ее сверху…

Наша Венера резко поднялась.

— А ты куда? — не поняла Амина.

— Пойду пилочку поищу, — с кислой миной отозвалась та. — Не могу с таким, — и, помахав огрызком ногтя, унесла свою безупречную задницу в темноту.

Что, Марианка, опять просчиталась? А я ведь предлагал хлебнуть винца вдвоем, но ты сама выбрала хлебнуть чего погорше. Все-таки если делиться с другими, тебе одной достанется весьма мало — а вот не делилась бы, глядишь, и ночевала бы не в холодной палатке трезвая, а пьяненькая в чьих-нибудь объятиях, и на сломанный ноготь тебе было бы глубоко плевать. Так что бери пример с Катерины: эта свое никому не отдает — все себе забирает.

Стоило о ней подумать, как Императрица наконец соизволила почтить нас своим присутствием. Народ, заметив появившееся из мрака величество, аж испуганно попрятал пустые и полные банки, чтобы она не увидела последствий сего мелкого бунта. Но зараза не увидела или сделала вид, что не увидела.

— Вы до скольки собрались сидеть? — царственный взор остановился на костре, и тот чуть сам не потух от такого давления. — Досидитесь допоздна — голова будет болеть.

Судя по мрачному фейсу, голова у нее и так болела не переставая. Надеюсь, к утру заболят еще и ноги — хоть какое-то отмщение за всех остальных.

— Расходитесь, завтра рано вставать, — бескомпромиссно известила Катерина. — Будет сюрприз, — и удалилась.

— Обалденный отдых… — еле слышно пробурчал кто-то.

— Я уже боюсь ее сюрпризов, — вздохнула Амина.

Как оказалось, не зря.

Ночь я почти не спал, только на этой турбазе оценив, как был неосмотрителен, когда смеялся над удобствами прошлого глэмпинга. Именно тут я в полной мере прочувствовал роскошь деревянной избушки по сравнению с обдуваемой ветром палаткой, роскошь одиночества по сравнению с храпом соседей, которых отправили в ту же палатку. Вообще, отдых на природе представлялся мне как-то романтичнее: посиделки у костра с песнями и разговорами по душам, ночные купания голышом, пары становятся ближе, уединяются по кустам и палаткам — но в этом походе пока что меня сосали только комары. Зато сосали щедро — места живого не оставили. Однако все это было мелочами по сравнению с тем, что ждало нас дальше.

Следующим утром оказалось, что испытания еще не закончились, и все, кто любят родную природу, должны выдержать как минимум еще один этап этой любви.

— Самый короткий маршрут, — сообщила зараза, останавливаясь у края скалы.

— Ты уверена? — опасливо спросил ее кузен. — Вот по этому обрыву?

— Какой это обрыв, — отмахнулась она. — Тропа пройдена уже тысячи раз, — и, подавая пример, уверенно почесала по узкой крутой дорожке, извилисто уходящей вниз.

С тем же успехом можно было просто сброситься с горы — уровень комфорта выходил примерно одинаковым, да еще и получится быстрее. Интересно, сколько из тысячи так и поступили?