Книга Мое карательное право, страница 124 – Мэри Блум

Цок… Стук трости гулко разлетелся по небольшой комнате, куда я зашел — такой низкой, что потолка можно коснуться просто подняв руку, и узкой, что пары шагов достаточно, чтобы несколько раз обойти ее всю. Местечко напоминало каменный каземат — без окон, с прочной металлической дверью и пустыми шершавыми стенами. Из мебели тут были лишь койка со старым одеялом и железное ведро в углу для естественных нужд. По сравнению с этим, бывшее жилище моей троюродной сестры в другом конце подвала могло сойти за номер-люкс.

Тело в смокинге, лежащее на койке, болезненно застонало, но не сдвинулось с места, будто его хозяина парализовало. Точно не знаю, что именно наемники распылили в автомобиле, однако отключило посла конкретно. Стон стал чуть громче, а затем веки лорда тяжело, как после наркоза, разлепились, и глаза медленно обвели комнату, с каждой секундой все больше обалдевая от увиденного. После императорского дворца, где он провел этот вечер, контраст оказался слишком резким. Его взгляд замер на мне, и следом онемевшие конечности судорожно дернулись, словно их окатили ледяной водой. Надо же, как целительно я действую на людей.

— Где я? — облизав губы, пробормотал лорд.

— Вы у меня в гостях, — я прислонился к холодной стене.

Он попытался подняться и не смог — тело до сих пор не слушалось.

— Это вы называете гостями? — зато мозг, похоже, уже проснулся.

— А как вы называете убийство графа Долгорукого? — полюбопытствовал я.

— Не понимаю, о чем вы, — сухо произнес посол, ни одним нервом себя не выдав.

Глубинам его лицемерия оставалось только подивиться. Лорд Квинси явно достиг вершин мастерства в этом нелегком искусстве.

— Не знаю, что с вами случилось, Илья Андреевич, — тоном оскорбленного достоинства продолжил он, — очень похоже на помутнение рассудка. Но я обязан вам напомнить, что я — гражданин Британии. Вы понимаете, что вам будет за похищение британского подданного?

— Законы вашей Британии в моем подвале не действуют, — заметил я.

Спазмы в его конечностях стали чуть сильнее, как бы намекая, что они постепенно приходят в норму. Лорд Квинси вновь попытался подняться, однако опять не смог. Вместо этого, ерзая по одеялу, он отполз чуть назад и оперся затылком на железную спинку койки.

— И сколько вы намерены меня здесь держать?

— Сколько потребуется, — отозвался я, — пока не расскажете, зачем убили графа Долгорукого. А также я бы с удовольствием послушал про Организацию и вашу роль в ней.

Хотя я уже понял, что он не глава. Иначе бы тут появилась хранительница, защищая хозяина.

— Да вы бредите, — пробурчал посол, усиленно двигая кончиками оживших пальцев. — Я ни о чем с вами говорить не буду, пока вы не выпустите меня отсюда!

— Полагаю, вы не понимаете. Вы на свободу человеком, который может мне навредить, не выйдете. Либо вы все рассказываете…

— Либо что? — перебил он с кривой ухмылкой. — Убьете меня? Да я лучше умру, чем что-то вам расскажу!

Его пальцы, словно разминаясь, с силой стиснули лежавшее под ним одеяло. Ну что ж, за слова надо отвечать.

— Ваше право, — согласился я и вытащил из кармана небольшой пистолет. Размерами скорее игрушка, чем оружие, однако эта игрушка вполне могла пробить чей-нибудь череп.

Пружины койки протяжно скрипнули. Мой гость нервно подпрыгнул и вжался в стену, все стремительнее приходя в себя.