Книга Мое карательное право, страница 131 – Мэри Блум

— Осторожнее, швы разойдутся, — заметил я, подходя ближе.

— Можно подумать, в первый раз, — проворчала она и все-таки села, слегка кривясь от боли.

Вот же упрямая.

— Как вы смотрите на идею, — я опустился в кресло посетителя рядом, — если я приставлю к вам охрану на всякий случай?

Саломея резко вскинула на меня глаза.

— Вот уж обо мне точно заботиться не надо.

— Почему?

— А зачем? — она покрепче запахнула халат на груди, словно пряча бинты.

— Не так много людей прыгнут на меня, — сказал я, катая по ладони золотой набалдашник, — защищая от пуль.

— Я не прыгала на вас, защищая от пуль, — отрезала она. — Я просто… споткнулась.

— Ты вредная, — усмехнулся я.

— Только сейчас понял?

На некоторое время палату опять затянула тишина. Саломея внимательно изучала меня из-под ярко-красной челки, я же задумчиво пробежался взглядом по ее лицу, еще бледному после ранения и операции. Губы казались засохшими, глаза чуть впавшими, однако это было мелочью — все могло закончиться гораздо хуже.

— Повезло, что у тебя есть магия. Хотя помнится, ты говорила, что она тебя покинула.

— Потом постепенно вернулась, — отозвалась блогерша, рассматривая меня в ответ. — Только толку-то от нее… Магия как деньги. Хорошо, когда они есть, но счастья на них не купишь… И что мне тут делать без смартфона? — она торопливо отвела глаза и сменила тему.

— Читать книги, отдыхать, спать, есть и принимать посетителей, — с улыбкой перечислил я.

— Можно подумать, мне есть кого принимать. Разве что в блоге написать, что всеми ненавистная Саломея Сафо в больнице, так что придите и добейте…

Она выпрямила спину и слегка поморщилась — то ли от боли, то ли от слов.

— А друзья? Семья? — спросил я.

— Вся моя жизнь в моем смартфоне, — ответила она, осторожно опираясь на подушку. — Может, все-таки принесешь?..

— Господин, — вдруг подала голос Вэл в моей голове, — небеса готовы простить эту греховодницу.

— Если? — сразу же поинтересовалась Крис.

— Без если, — отрезала ангел.

Похоже, даже моему беспощадному ангелу в этот момент стало ее жалко. Хотя Саломея явно бы не обрадовалась, озвучь я эту мысль вслух. Дерзкая и колючая, она меньше всего хотела вызывать жалость. В принципе, у меня ее и не было. Девушка, которая чуть не умерла ради меня, вызывала совсем другие чувства.

— А ты не против, — спросил я, — если я буду твоим посетителем?

— Я же сказала, — она чуть нахмурилась, — не надо обо мне заботиться.

— А это не забота, — поправил я, — а порыв чистейшего эгоизма.

Ага, примерно такого же, с каким ты бросилась на меня, загораживая от пуль.

— Мы же оба с тобой те еще эгоисты…

Ее глаза пытливо скользнули по мне, а губы дернулись в улыбке, которую моя блогерша тут же спрятала.

— Ну если порыв эгоизма, — как ни в чем не бывало протянула она, — то конечно. Не могу же я запрещать такие светлые порывы…

— Тогда до завтра, — я поднялся с кресла.

Наклонившись, подхватил с больничного одеяла ее бледную ладонь и поцеловал. Казалось, палата утонула в тишине. Взгляд Саломеи мигом сделался задумчивым. Не сказав ни слова, она лишь кивнула на прощание и рассеянно провела пальцами по месту, которому достался поцелуй. Сопровождаемый стуком трости, я дошел до порога, и, когда уже коснулся дверной ручки, за спиной неожиданно раздался ее голос.