Книга Повседневное противостояние в мире монстродевушек, страница 41 – Вячеслав Танков

— Я понял, — киваю им всем. — Задание давала мэрия города, верно? Разумеется, подвиги героев-людей должны цениться выше, чем те же деяния, но совершенные зверолюдьми? Точно. То есть, если бы у кого-нибудь из вас был бы доступ за стену, вам бы награду все равно не дали?

— Пф-ф-ф, нас-с-с бы просто выш-ш-швырнули на улиц-с-су, — шипит Сая, гневно сверкая глазами. — Как они говорят — «низш-ш-шие рас-с-сы»! Но ты, командир…

— Кстати, почему награда оплачивается дважды? Мы ведь уже получили оплату в гильдии.

Гилейна лишь разводит руками. Сая принимается объяснять:

— Это же очевидно. Все завис-с-ит от гильдии. Наша «трущ-щ-щобная» сущ-щ-ществует лиш-ш-шь за счет пожертвований и дотаций, получаемых от влас-с-стей. Награды, получаемые мес-с-стными авантюрис-с-стами значительно уменьш-ш-шены. Это делаетс-с-ся для того…

— … Чтобы их в первую очередь выполняли городские наемники? — подхватываю я. — Понятно. В таком случае я обязательно зайду за наградой. Не волнуйтесь, я совру, что ходил один, а вы работали грузчиками.

— Ох, — восторженно вздохнула Элунализ. — В таком случае я просто обязана отблагодарить вас, командир, за все добро, что вы для нас сделали! К тому же вы спасли мне жизнь и я обязана заплатить вам. Но так как денег у меня нет, то я буду вынуждена отдать долг своим телом… Ах, как это смущает! Но я должна быть стойкой!

— Эл, ну хватит? — не выдержала Гилейна. — Должна же уже понять, что Магнус не из простых похотливых мужиков! Иди повиляй задницей перед другими!

— Да… Кстати…

Я подошел ближе к эльфийке, применяя на ней оценку. После прочтения информации, обернулся к мечнице.

— Вы в курсе, что она проклята?

Даная родилась рабыней в жестоком мире, где безраздельно властвовали самые жестокие существа, какие только водились на Орионе — люди. В покачивающейся грязной клетке каравана прямо посреди экскрементов и крови собственной родительницы. Ей даже не дали прикоснуться к кричащей от боли и горя матери. Работорговец сразу разделил приплод, перекинув младенца в другую клетку. По счастливой случайности там находилась другая рабыня, у которой также недавно забрали детей. Даная не должна была выжить, но все же ей повезло.

Дальнейшая ее жизнь не сильно отличалась от судеб таких же рабынь. Ее продавали, покупали, клеймили, пережигали метки, истязали, глумились, издевались и заставляли делать разные отвратительные вещи. Она же стискивала зубы, просто желая выжить всем назло. Она поклялась, что никто не должен был сломить ее волю! Вот только никто и не пытался. Все ее хозяева просто вели себя с ней так, как привыкли вести себя с бессловесными рабами, привыкшими безропотно сносить все побои и унижения.

Даная слишком рано с удивлением осознала, что зверолюди в несколько раз сильнее и выносливее своих мучителей. Она долго время не могла понять, почему никто не восстанет и не свергнет слабых и никчемных людишек с их насиженного места. Она просто не могла принять факт того, что такими зверолюди были созданы Древними: добродушными, всепрощающими и терпеливыми. Поняв, что надеяться не на кого, не сломленная, полная ненависти, жаждущая мести рабыня решила действовать в одиночку.

У нее хватило ума не убивать собственных хозяев, так как это убило бы её саму из-за рабского контракта. Но удалось убить одного из наиболее отвратительных мучителей, покупавших себе рабов специально для удовлетворения низменных фантазий. Ей повезло дважды: она застала того одного в подвале его же дома и первой, кто ее обнаружил, была старая повариха, на которую хозяин даже не продлевал контракт раба. Вот только она оказалась далеко не простой: в молодости эта женщина состояла в ордене ночных убийц. Поймав окровавленную Данаю на еще теплом трупе своего бывшего хозяина, она предложила ей стать своей ученицей.