Книга Последнее отражение, страница 102 – Наталья Тимошенко

Крис вздернула брови.

— Думаешь, такое может быть?

— Не исключаю, – уклончиво ответил Стефан. – Меня настораживает смерть этого профессора медицины как раз в то время, когда вокруг его внука начали происходить самоубийства девушек…

Он не успел договорить, поскольку дверь номера с грохотом распахнулась, и на пороге появилась растрепанная Лу. За ее спиной маячила Лина, которая, очевидно, и открыла дверь своей ключ-картой. Где и когда они встретились, Стефан не представлял. И судя по виду Лу, это было сейчас не самым важным.

— Этот псих натравил на меня собаку! – заявила она.

Стефан видел, что она не ранена.

— Но ты, судя по всему, с ней справилась? – уточнил он с усмешкой.

Лу передернула плечами и протянула ему ладонь, на которой лежала скомканная бумажка. Стефан взял бумажку, развернул.

«Светлана Мариненко, Васильевский остров».

— Что это? – непонимающе спросил он.

— Это было привязано к ошейнику собаки, – сообщила Лу.

Надо заметить, Стефан был крайне удивлен. То есть она не только расправилась с собакой, но еще и записку с ошейника сняла? Либо там был чихуахуа, либо Лу полна сюрпризов. Впрочем, от двух похитителей она ведь как-то ушла…

— И что это значит?

— Откуда я знаю? Но явно что-то значит. Раз псих оставил мне эту записку.

Крис поднялась с кресла, подошла к Стефану, забрала бумажку. Несколько секунд рассматривала написанное на ней имя, затем, по-прежнему молча, вернулась к компьютеру, надела на голову наушники и защелкала клавишами. Несмотря на то, что она ничего не говорила, Стефан понял: ей в голову пришла какая-то идея. Лина и Лу, хотя последняя знала Крис меньше всех, тоже догадались об этом. Все трое замерли, будто статуи, молча глядя Крис в спину.

— Нашла! – наконец победно вскинула руки та. Сняла наушники и повернулась к остальным, не обращая внимания на их настороженные позы. – Светлана Мариненко спрыгнула с крыши на улице Беринга, что на Васильевском острове, полгода назад. Сразу насмерть. Ей было девятнадцать лет. Родители и друзья утверждали, что Светлана была жизнерадостной девушкой, хорошо училась, не имела проблем, и прыгать с крыши у нее не было ни единого повода.

— И к психиатру не ходила? – уточнил Стефан.

Крис мотнула головой.

— Нет.

— Странно. А в музей?

— Вот тут уж я без понятия.

— Кто-нибудь объяснит мне, что тут происходит? – вклинилась Лина.

Стефан выдохнул. Конечно, это для него и Крис все понятно, а вот ни Лина, ни Лу не знают, почему эта Светлана может оказаться важным звеном в цепочке. Пришлось потратить некоторое время и рассказать им все, что они выяснили и к каким выводам пришел лично он.

— Значит, зеркало у этого Антонова, который потомок Пауля? – подвела итог Лу.

— Это вполне вероятно, – уклончиво ответил Стефан. – Не исключено также, что Антонов – и есть Пауль. Если он все это время приносил зеркалу жертвы, вполне мог не стареть и выдавать себя за своих потомков. Если зеркало реально дарит долголетие.

— Но как он мог это провернуть? – не поняла Лина. – Он ведь не в отдаленной деревне жил все это время, а в Санкт-Петербурге, где каждый на виду. Нельзя тридцать лет делать вид, что у тебя есть ребенок, а потом заменить его собой. Банально окружающие увидят разницу во внешности.

— Не думаю, что это проблема для того, у кого есть зеркало, дарящее долголетие в обмен на жертвы, – покачал головой Стефан. – Думаю, не только омолодиться, но и получить нужную внешность не так уж и сложно. Тем более отцы и сыновья часто похожи друг на друга в одном возрасте, там должны быть минимальные изменения. Крис, ты можешь посмотреть, где работал отец Антонова в конце девяностых?