Книга Котики для Снежной Королевы, страница 81 – Эльвира Осетина

В моих покоях было тихо и прохладно — именно так, как я любила. Я скинула одежду прямо на пол, туда же положила свои регалии, и шагнула в ледяную воду, которая тут же приняла меня в свои объятия, смывая напряжение с мышц и усталость с души.

Погоняла руками льдинки, придавая им различные формы корабликов и яхт, вспоминая, как умела апеллировать потоками магии, а затем, закрыв глаза, я позволила себе просто побыть наедине с собой. Сегодня случилось столько всего, что голова шла кругом. Корунг. Его стая. Один. Кай. Артефакт памяти. Встречи с главами родов. Книжка-воспоминание.

Я вспомнила, как смотрел на меня волк. Как ставил метку. Как сказал про смерть — легко, без страданий. Что за жизнь у него была, если он так спокойно говорит о таких вещах?

А еще я вспомнила взгляд Одина. Что-то в нем было не так. Слишком спокойно он воспринял новость о том, что его знак был на убийцах. Слишком быстро согласился помочь.

«Я найду их души в Вальхалле и узнаю зачем они это сделали», — сказал он.

Удобно. Мертвые не говорят. Особенно если их никто не собирается слушать.

Я открыла глаза и посмотрела на свое отражение в воде. Та же Валерия, но уже не та. Или та, но другая?

— Завтра, — прошептала я. — Завтра я всё вспомню. И тогда решу, что делать с Каем. С Одином. С собой.

Вода приятно холодила кожу, успокаивая разгоряченное тело. Я позволила себе еще несколько минут блаженства, а потом выбралась и начала готовиться к ужину.

Я зашла в свою гардеробную, вспоминая, где и что находится. Платье я выбрала серебристо-голубое, струящееся, с высоким воротом и длинными рукавами. Строгое, величественное, королевское. Волосы убрала в высокую прическу, открыв шею — там, где Корунг оставил свою метку, теперь было шикарное колье из синих и белых драгоценных камней.

Посмотрев в огромное зеркало, удивилась, как помолодела. Сейчас мне было не тридцать пять, а максимум двадцать. Кожа подтянулась, поры ушли, небольшие шрамы от прыщей исчезли. Лицо стало более бледным, каким-то кукольным, будто фарфоровым. Волосы стали сочно красными, напоминая цвет крови. Глаза стали более выразительными. Ресницы, брови — ярче и чернее. И только лишь взгляд выдавал мой возраст.

* * *

С одной стороны можно было порадоваться, ведь я так мечтала вновь вернуть себе молодость, а с другой, меня почему-то пугали все эти преображения.

Я смотрела на своё отражение и не узнавала себя. Нет, черты лица остались теми же — просто каждая линия стала острее, словно кто-то взял мою человеческую внешность и отшлифовал до совершенства. До ледяного, пугающего совершенства.

— Ваше величество, — раздался голос голема, появившегося прямо из стены за моей спиной. — Главы родов собираются в большой столовой.

— Я скоро буду, — ответила я, слегка дрогнувшим голосом, и чувствуя, как сердце ускоряет бег.

Черт, я и забыла, что големы так умеют делать. Это ведь я сама придумала. Они являются буквально неотъемлемой частью этого замка, и могут ходить сквозь любые стены. Единственное, я установила им правила — не пугать гостей, и, если нет прямого приказа, стучаться к ним в дверь, чтобы создавать для них видимость безопасности. Это еще инженеры, строившие замок посоветовали мне так сделать. Хотя я изначально была против. И вот тогда-то и поругалась с одним из них, случайно заморозив его насмерть.