Книга Нам писец, Юля!, страница 70 – Эльвира Осетина

Но моя обида была намного сильнее.

Я ведь могла прямо сейчас умереть. А он просто для того, чтобы проверить, я это или не я, решил меня бросить в лаву.

Я отстранилась от мужа, отпуская руки, и вновь уже более твердым голосом сказала:

— Лаусиан. Верни меня немедленно на бал!

— Детка, ну что ты так нервничаешь? Просто расслабься и получай удовольствие, — прошептал этот соблазнитель мне в ухо, вызвав табун мурашек по всему телу, и это при том, что мы продолжали сидеть в лаве.

Настоящей лаве, мать его!

Удивительно, что мой наряд не расплавился.

— Ты только что пытался меня убить — по-твоему, я могу расслабиться в твоих объятиях? — спросила я, уперевшись руками в его плечи, пытаясь отодвинуться.

Но демон держал меня слишком крепко.

— За десять лет ты вместе с Химо пыталась организовывать покушения на меня раз пять, если не больше, — пробормотал он совершенно спокойным тоном голоса. — И ничего, я же готов расслабиться. И хватит болтать, я так сильно тебя хочу, у меня буквально всё дымится…

А я настолько растерялась от его заявления, что мои руки полностью ослабли, демон усадил меня на себя верхом, и я реально почувствовала, как сильно он меня хочет. И внутренние мышцы аж заныли от желания ощутить его внутри себя.

Я даже зубы сцепила и глаза зажмурила, чтобы не застонать и не начать ёрзать на его выпирающем из брюк достоинстве.

А Лаусиан начал покрывать мою шею поцелуями, отчего я поняла, что моя воля тает с каждой секундой.

— Нас потеряют, — пробормотала я, всё еще пытаясь цепляться за хоть какие-то капли разума.

— Не переживай, никто не заметит нашего отсутствия, — хмыкнул он, уже начав качать меня на себе. — Моя магия иллюзий возросла настолько, что клоны, которых я создал, будут жить еще пару дней, пока я их не обновлю, и даже поддерживать разговор.

— Разговор? — нахмурилась я и, открыв глаза, переспросила: — А если они что-нибудь не то скажут или, не дай боги, пообещают?

— Обязательно скажут и пообещают, — весело усмехнулся мой муж, — для этого я их туда и отправил. Или ты наивно думала, что я дам тебе реально управлять государством?

И он так по-злодейски рассмеялся, что у меня мурашки по всему телу побежали, только теперь уже от страха, и я просипела:

— И что ты хочешь делать?

— Я же сказал, я тебя хочу, — ответил Лаусиан, при этом чуть выше приподнял меня за талию, поэтому я теперь смотрела на него сверху вниз, а он начал целовать мою шею.

Мне же пришлось ухватиться за его плечи, потому что отпускать было страшно. Я все еще боялась лавы, окружающей нас. Да и этот бурлящий звук, словно мы находимся в кипящем котле, и лопающиеся пузыри рядом как-то спокойствия не добавляли.

— Это понятно, а дальше? — промурлыкала я, чувствуя, как внизу живота закручивается невидимый маленький смерч из возбуждения и одновременного возмущения, смешанного со страхом.

— Дальше буду тебя трахать, и трахать, и трахать, — отрывисто произнес мой огненный муж, при этом целуя каждый сантиметр моей невероятно чувствительной шеи.

— Ясно, но когда-нибудь же это прекратится? — пробормотала я, всхлипнув, когда его губы дошли до груди, пока еще стесненной бюстье.

— Нет, дор-р-рогая, — протянул он, с шумом уткнувшись в ложбинку между грудей и вдыхая аромат моего возбуждения. А затем, когда надышался, немного отодвинулся, посмотрел мне в глаза снизу вверх и ошарашил: — Для тебя — нет. Ты моя истинная. И теперь я буду хотеть только тебя — вечность. А я очень темпераментный. Значит, трахать тебя буду бесконечно.