Книга Два Альфы для Омеги, страница 35 – Эльвира Осетина

— Оборотни — шесть месяцев. Но если в образе волчицы, то три.

Я задумалась и выдала вслух:

— О, тогда лучше быть оборотнем!

— Но так никто не делает, — тут же осадил меня Матвей и на вопросительный взгляд пояснил: — Иначе волчата могут стать дикими. Оборотницы обращаются только к родам. Чтобы было не так больно и регенерация прошла быстрее.

Наступила тишина. Похоже, парни не представляли, что дальше делать. И взгляды у них были совершенно потерянные. Так и хотелось спросить: куда вы дели тех уверенных двух альфа-самцов, которые утащили меня из дома неделю назад?

Неужели моя волчица их полностью перевоспитала?

— Вы не хотите ребенка? — решила сразу же расставить я все точки на «Ё», чтобы между нами не было никаких недомолвок.

— Что? С чего ты это взяла? — Матвей посмотрел на меня с возмущением. — Да дети — это дар богини Луны для любого волка. Ни один оборотень от своего дитя не откажется!

— Просто вы ведете себя так, будто не хотите, — пожала я плечами и добавила: — Я есть хочу, давайте поедим что-нибудь?

— О да, конечно! — Братья тут же засуетились и даже обрадовались, словно я дала им передышку.

Ох уж эти мужчины. Что люди, что не люди — все одинаковые. Как нарисовывается проблема с ребенком, так всё, сразу же пытаются голову в песок засунуть.

А Тимофей почему-то подхватил меня на руки и понес на кухню

Я слегка опешила.

— Вообще-то я и сама ходить умею, — с удивлением сказала я, когда он донес меня до стула и усадил на него, а Матвей бросился к холодильнику и начал доставать из него еду.

— Я знаю. — Мужчина растерянно пожал плечами и, отвернувшись, пошел помогать своему брату.

А дальше они начали перечислять всё, что у них имеется в холодильнике, и спрашивать, буду ли я это есть.

В итоге сошлись мы на яичнице с беконом и зеленом чае. Потому что кофе, как оказалось, пить нельзя.

Парни усердно занялись готовкой, причем оба сразу, отвернувшись от меня к плите, но делали это молча.

Я же наблюдала за ними. Особенно за голой попой Матвея.

Очень надеюсь, что трусы он вообще не будет надевать, потому что мужчина с голым мускулистым задом на кухне — это просто невероятно шикарное зрелище.

На него можно смотреть бесконечно, как на воду, к примеру. Очень умиротворяет и завораживает…

Когда яичница с чаем были готовы и мужчины тоже сели напротив, чтобы позавтракать, я решила, что пора нам всем поговорить. Тем более что момент очень подходящий, они растеряны и, кажется, сами не знают, как дальше быть.

Прожевав кусочек бекона, я спросила:

— Я так понимаю, моя продажа отменяется?

Мужчины переглянулись между собой, а ответил Тимофей:

— Само собой. Теперь ты наша омега.

— Ясно, — кивнула я и продолжила: — А что мы делать будем? Как дальше жить? Расскажите. Я ведь ничего не знаю. Сразу хочу сказать, что ребенка я не отдам. И воспитывать буду сама.

Мужчины опять растерянно посмотрели друг на друга.

— Это само собой, никто не отнимает щенят у волчиц. Тем более у омег. Нет более заботливых матерей, чем омеги, — ответил Матвей.

— Это радует, — улыбнулась я, а сама даже выдохнула от облегчения. — А дальше что? Ко мне больше не будет претензий от других волков? Судя по моему информатору, оборотни весь район перевернули в моих поисках.

— Как только они узнают, что ты получила статус нашей омеги и беременна от нас, то ты им станешь неинтересна, таков закон, — ответил Тимофей.