Книга Стать Равной, страница 74 – Ника Летта

— Это единственная версия, после которой вас не разберут по слоям.

Она подошла ближе.

— Ты хочешь, чтобы я это подписала?

— Я хочу, чтобы ты дожила хотя бы до конца недели. Дальше уже можно спорить о формулировках.

Шеррас дёрнул плечом.

— Ты не можешь просто вычеркнуть нас из этого. Мы были внутри.

— Именно поэтому вы и будете молчать.

Каррис шагнул вперёд.

— Мы видели три вершины на графике. Видели, как у неё сорвало контур. Видели, как на тебе проступило… чужое. И ты предлагаешь сказку про перегрузку?

— Я предлагаю вам не произносить вслух то, за что вас через полчаса могут растащить по отдельным секторам.

Тишина в зале стала плотнее.

— Верхний уровень уже полез в логи? — спросила лаборантка.

— Не в логи. В профиль события. Центральное ядро поймало нестыковку по времени схлопывания поля. Камеры уже пересобирают пустоты. Если до вторичного анализа им не дать объяснимую картину, доступ поднимут выше. Тогда проверять будут не запись. Вас.

Каррис нахмурился.

— Как?

— Через биометрию. Через остаточный шлейф в ваших браслетах. Через реконструкцию предобморочного слоя. Через реакцию связок друг на друга. И через статус вашей семейной ячейки. Вы не разрозненные свидетели. Вы единый живой датчик.

Вот теперь дошло до всех.

Женщина побледнела, но голос удержала:

— Ты хочешь, чтобы мы добровольно отдали тебе всё, что зафиксировали?

— Не хочу. Требую. И делаю это раньше, чем наверху поймут, насколько ценен ваш общий срез.

Каррис выругался себе под нос. Шеррас сжал зубы. Их жена выпрямилась ещё сильнее.

— Ты не мой куратор.

— Зато я единственный, кто сейчас пытается удержать вас в локальном контуре. Если хочешь проверить, как быстро Совет Крови превращает связанную ячейку в политический инструмент, можешь отказаться.

Она смотрела на него ещё несколько секунд, потом подняла запястье, вывела скрытый слой накопителя и одним движением сбросила массив замеров на закрытый канал Шиардана.

— Если это меня утопит, Коф Шордан, — сказала она глухо, — я позабочусь, чтобы ты ушёл следом.

— Это честно.

Шеррас поднял голову.

— С ней что дальше?

Шиардан ответил не сразу.

— Она жива. Но следующий всплеск может быть сильнее.

— Значит, ты уверен, что будет следующий.

— Уверен. С этого момента вы не обсуждаете случившееся даже между собой. Ни в комнате. Ни через браслеты. Ни в семейном контуре. Никаких заметок. Никаких прогонов памяти. Вы живёте так, будто сегодня на DS-44 была обычная учебная перегрузка.

Каррис скривился.

— Для вирасса это не одно и то же.

— Для выжившего свидетеля — одно и то же.

Лаборантка промолчала. Шеррас кивнул первым. Каррис сдался последним.

— Ладно. Мы молчим.

— Не молчите, — поправил Шиардан. — Ведите себя как обычно. Иначе на вас начнут смотреть.

На этот раз возражений не было.

Когда они ушли, в тренировочном зале стало слишком просторно. Остались только застывшие дроны, запах нагретого металла, тонкий озоновый привкус и поле, которое никак не хотело схлопываться до безопасной аномалии.

ЭЛЬВИРА

Оставшись одна я пыталась прийти в норму.

На фоне беспрестанных загрузок, тренировок, угроз разоблачения, давления Ронана и жёстких рамок заданных Шиарданом... Я чувствовала себя зёрнышком что перемалывают жернова власти.

Я знала, что перегнула палку и мои претензии к инструктору были смешны. Он знал больше моего, в силу возраста, опыта да что уж там...Это был его мир.