Книга Измена. Надежда. Любовь, страница 15 – Аста Лид

— С огнем играете принцесса — словно прочитав мои мысли говорит он, и я вижу в его глазах озорные искорки.

— Это вам к моему отцу. — Парирую я.

— А ваш жених? — Я морщусь. — Или муж? Не совсем понял ваши взаимоотношения, если честно. — Продолжает он, и немного подается вперед, пристально глядя мне в глаза, от чего я инстинктивно отклоняюсь назад. — В каких вы с ним отношениях?

— Послушайте, вы простите меня, конечно, но хватит на меня уже так смотреть. — Неожиданно спокойно и уверенно говорю я. — Да, я разумная. Умею говорить. Иногда слишком много, иногда чушь, но что поделаешь — стресс. А то мне как-то даже неловко. Вы от меня чего-то ждете, и судя по вашим реакциям я постоянно не оправдываю ваши ожидания. — Его губы трогает улыбка, но вот какая понять сложно. Теплая? Саркатичная? Задумчивая?

— И все-таки — пропускает он мои слова мимо ушей. — Кто он вам?

— Он мне одно парнокопытное животное, распространенное в горных регионах планет пригодных для жизни. — Он моргает. Как могла, так и выкрутилась. Не козлом же его в лоб называть, а вот — обозначила основные характеристики, указала на особенности. Ничего лишнего. Пауза затягивается. Может он их не видел ни разу или в его мире их нет? Поэтому поясняю.

— Ну, есть такие животные. У них есть рога, копыта. Обычно, когда мужчина себя плохо ведет, в некоторых мирах его сравнивают с козлом. — Все-таки сказала это в слух. Он продолжает молчать. А потом неожиданно начинает хохотать. Как я вчера. В голос, от души. При этом его накаченная грудь, которую он снова мне демонстрирует в глубоком вырезе своей расстегнутой белой рубашки, буквально ходит ходуном. И пусть, с мужчинами на ближайшие несколько сотен лет я завязала (это включая эту свою жизнь и несколько следующих) смотреть на прекрасное творение природы мне никто не запрещает. И это совершенно точно мне ничем не грозит. Его лицо расслабляется, он ерошит свои волосы и я ловлю себя на мысли, что мне интересно, какие они на ощупь.

— Спасибо, что объяснили — беря себя в руки, наконец, отвечает он.

— Всегда пожалуйста. Если что-то еще нужно, вы обращайтесь. — Отвечаю я с улыбкой.

— И все-таки. Он ваш муж? — Снова возвращается он к своему вопросу. Вот зануда какой! И что ответить? А какой смысл скрывать, если уже вечером — не хочу об этом думать, что тогда будет.

— Не знаю. — Честно пожимая я плечами. — Сегодня — мы должны были пройти обряд венчания. — Мужчина удивленно вскидывает брови. — Но, по его словам, пока я заканчивала академию, мой отец меня ему продал, подписав брачный договор перед лицом совета. Этого я не знала, и думала, что все происходит по большой взаиной любви. Церемония, и последующая первая брачная ночь должны были стать последним штрихом в выполнении всех традиций. Но, раз я здесь, значит что-то пошло не так. — И грустно, и смешно. Он молчит и легонько кивает, предлагаю продолжить.

— Если я вернусь домой — меня сожгут на костре, чтобы задобрить стихии, которые я предала и на мой род не пала их немилость. — И снова поднятые брови. Что?! В каждой шутке есть доля шутки. Когда я говорила про ритуальные танцы вокруг костра — я была предельно серьезна.

— Как вы поняли, что я из серединного мира? — Следует следующий вопрос. В этот момент понимаю, как сильно у меня оказывается затекли ноги за время нашего с ним разговора. Аккуратно их вытягиваю. Кровь сразу же стремиться в пережатые конечности, и становится немного теплее. Или это может быть ветер? Не успела отследить в какой момент он превратился из неприятного, ледяного в теплый и приятный бриз. И еще этот тонкий запах тропических цветов, который плывет в воздухе. Мягкое солнце, согревающее не только тело, но кажется и саму душу. Не замечала их до этого. А зря. Отвлеклась. Задумалась.