Книга Одна на двоих. Золотая клетка, страница 108 – Бетти Алая

— Все на позициях. Ждем сигнала, — его голос безжизненный, стальной.

Внутри особняка суматоха. Слуги носятся с коробками, цветами, тканями. Идеальный хаос.

Три женщины из подкупленных служанок несут большую роскошную коробку, перевязанную шелковыми лентами.

— Подарок от господина Газали для невесты, — одна из них бархатным голосом объявляет растерянной горничной у дверей в женскую половину. — Приказ вручить лично в руки. Для благословения.

Горничная, молодая и напуганная, нерешительно кивает и пропускает их. Сердце Багира заходится. Каждый шаг по скрипучему паркету отдается в висках гулким эхом.

Он смотрит на все это через миниатюрную камеру в одеждах одной из служанок, Айше.

Комната невесты. Воздух густой, сладкий, пропитанный ароматом цветов и дорогих духов. И в центре этого будуара у огромного окна стоит она.

Мадина.

В одной только простой белой сорочке, ее длинные темные волосы рассыпаны по хрупким плечам.

Она смотрит в окно на просыпающийся город, и ее тонкий профиль кажется высеченным из грусти.

Глаза огромные, темные, полные бездонной немой тоски. Девушка похожа на птицу в золотой клетке, которая уже смирилась со своей участью.

И сердце Багира, привыкшее к свинцу и крови, делает в груди резкую болезненную остановку. Он смотрит на нее через камеру, забыв о цели, плане. Обо всем на свете.

Мужчина видит не сестру босса, не разменную монету в грязной игре. Багир видит девушку. Испуганную, прекрасную, обреченную.

— Кто вы? — голос девушки тихий, мелодичный, с легким акцентом. Мадина оборачивается, и ее взгляд скользит по Айше, полный детского недоверия.

— От вашего брата, — служанка говорит ровно. — Мурад прислал нас. Мы здесь, чтобы помочь.

Глаза Мадины расширяются. В них вспыхивает бешеная надежда, которая тут же сменяется страхом.

— Мурад? Но… как? Отец… он…

— Времени нет, — резко, но тихо обрывает ее она. Делает шаг вперед, и остальные девушки мгновенно начинают действовать. Одна следит за дверью, другая достает из коробки сверток. Точную копию простого платья служанки. — Вам нужно переодеться. Сейчас же.

В этот момент в комнату врывается Зухра, сварливая и ревнивая тетка Мадины и Мурада.

— Что это за суматоха? Почему невеста не в свадебном наряде? Где платье?

Айше разворачивается к ней.

— Личный приказ господина Газали, — говорит Айше, медовым голосом. — Сначала подарок.

Зухра колеблется. Авторитет арабского жениха явно выше, чем у ее брата. Она бросает взгляд на перепуганную Мадину, потом на спокойные лица служанок.

— Ладно. Только быстрее. Опоздаем на церемонию, а это недопустимо.

Она уходит, не закрывая до конца дверь. В комнате повисает тяжелое молчание.

— Быстро, — шепчет Айше Мадине, и ее голос впервые срывается. — Пожалуйста.

Девушка дрожащими пальцами начинает снимать нижнее белье. Мадина надевает простое серое платье и темный платок, скрывающий волосы и половину лица.

Багир даже через камеру не смотрит на неё, с уважением отводя взгляд.

В это время из коробки вылезает актриса Лейла. Профессионалка до кончиков ногтей. Она уже в идентичном свадебном платье.

Одна из девушек молча и быстро помогает накинуть на нее тяжелую, расшитую золотом паранджу с плотной сеткой, скрывающей лицо.

— Готово, — тихо говорит вторая служанка.

— Выводим, — командует Айше. Она берет Мадину за локоть. Ее пальцы холодные как лед, и она мелко дрожит. — Все будет хорошо. Доверьтесь мне.