Книга Мой первый. Игрушка Зверя, страница 53 – Мила Дали

Демид разглядывает меня, словно картину, которую видит впервые, изучает каждую линию, каждую тень.

Пальцами дотрагивается до моих волос, медленно прочесывает влажные после душа пряди. Не просто прикосновение — вдумчивое исследование текстуры, поиск формы.

Демид наслаждается этим моментом созерцания. Страх, волнение, предвкушение того, что может произойти, сплетаются в тугой узел.

Он — кукловод, искусный манипулятор, а я — кукла в его руках, лишенная воли, но не лишенная чувств.

Демид склоняется ко мне, и время останавливается.

Момент растягивается, как тонкая нить, которая внезапно рвется, когда его губы касаются моих. Легко, почти неосязаемо, но у меня в груди словно взрывается сверхновая. Оглушительно, ярко, всепоглощающе.

Его дыхание учащается, жаром впитываясь в мою кожу. Поцелуй углубляется, становится жадным, требовательным. Он словно пытается выпить меня, поглотить целиком. Я снова чувствую его дьявольский вкус во рту, и дрожь охватывает все мое тело.

Мысли рассыпаются, как бусины порванного ожерелья. Бисер воспоминаний, страхов, желаний раскатывается по полу сознания, сверкает, переливается, но не складывается в осмысленную картину.

Возмутительно глубоко Демид проникает в мой рот языком, сплетает его с моим, и я вся мелко вибрирую, дышу его дыханием, не справляюсь с собственным телом, потому что оно откликается на поцелуй — внизу живота печет, мышцы напряжены.

Но я все же понимаю — это лишь инстинкты.

Упираюсь дрожащими ладонями в его плечи и пытаюсь оттолкнуть.

Но как это наивно… Демида не сдвинуть с места.

Он ничего не видит, не слышит, не чувствует и продолжает жадно целовать меня.

И я мычу, слабо и жалобно, коря себя за неумение дать отпор.

Порочно облизнув мои губы, Демид останавливается сам.

Приподнявшись на локте, нависает надо мной.

— Тебе же нравится, когда я тебя целую, — говорит безэмоционально, как будто мгновение назад не терзал мой рот. Но сбившее дыхание выдает его. — Почему ты меня отталкиваешь?

Нравилось. Очень нравилось. Он целуется великолепно, доводит до исступления, но…

— Тогда все было по-другому, потому что я не знала, кто ты.

— И кто же я?

— Тиран… — едва слышно шепчу губами, — и…

— Продолжай.

— Эгоист, манипулятор.

— Даже так?

— Да. — Чем больше открываю ему чувства, тем быстрее меня исчезает моя скованность. — Тебе все равно на мое мнение, ты слышишь только себя. Делаешь только то, что хочешь!

— Привык так жить, есть в этом свои плюсы. И для тебя тоже найдется много плюсов, но ты не должна сопротивляться. — Ошарашенно глотаю воздух после его слов. То, что я сказала, никак не повлияло на Демида. — На чем мы остановились? Тебе нравилось, когда я тебя целовал. Как я тебя целовал.

Он снова опускается на меня, придавливая весом и опаляя жаром своего тела.

Медленно ведет носом по моей щеке.

Я запрокидываю голову, когда Демид впивается губами в мою шею. Зажмуриваюсь, жду засосов и боли, как было в прошлый раз в его дьявольской комнате, но Демид только жадно влажно облизывает кожу, почти неслышно рыча от удовольствия.

А я на грани.

Не могу пошевелиться, смотрю стеклянными глазами в потолок.

Мелко дрожу, когда Демид прикасается кончиками пальцев к моему плечу, сдвигая лямку майки. Проходится дорожкой поцелуев от шеи к ключице, задерживает на ней губы.