Книга Мой первый. Игрушка Зверя, страница 9 – Мила Дали

— Как тебя зовут?

— Алисия, — негромко отвечаю, сжимая маску похолодевшими пальцами. — А вас?..

Но свое имя он не называет.

— Чем ты занимаешься, Алисия?

Мысли лихорадочно мечутся в поисках вариантов.

Запретный — сказать, что я прислуга. Когда люди узнают об этом, они начинают относиться ко мне как-то снисходительно, их взгляды становятся высокомерными, иногда презрительными, или сочувствующими, хотя часто эти люди сами ничего собой не представляют.

Поэтому я нахожу другой вариант, не так давно выдуманный:

— Я художница.

— И как у нас сейчас живут художницы?

— Не жалуюсь.

Нас прерывает тактичный стук в дверь.

— Войди, — позволяет мужчина.

В кабинет входит официантка с подносом. Молчаливо ставит рядом со мной на столик бокал с шампанским, клубнику в хрустальной креманке и быстро уходит.

Удивленно смотрю на бокал, потом на мужчину и не спешу пробовать угощение.

Хозяин «Ада» встает.

Дискомфорт, восхищение, опасность — эмоции накатывают лавиной, мне не хватает воздуха.

Сердце замирает… и срывается в бешеный галоп, когда мужчина подходит ко мне. Я вдыхаю его аромат — бергамот, сладкий шоколад и… что-то неуловимо-животное, будоражащее, заставляющее каждую клеточку моего тела отзываться.

Теплые пальцы касаются моего подбородка, и по коже проносится электрический разряд. Мужчина приподнимает мое лицо, вынуждая смотреть на него. Я вижу его глаза, вспыхнувшие, как угли.

Сглатываю сухим горлом, приоткрываю губы и делаю рваный вдох. Тело откликается раньше, подчиняясь чужому молчаливому приказу прежде, чем я успеваю осознать, что встаю с дивана.

— Твоя жизнь станет интересной и многогранной, если ты найдешь себе влиятельного покровителя.

Слова ударяют по сознанию набатом, вырвав меня из оцепенения.

Покровитель? Мне? Неужели он говорит серьезно?

Эта мысль кажется настолько невероятной, настолько пугающей, что разум отказывается ее принимать.

Он отпускает мой подбородок, но жар от его прикосновения продолжает обжигать кожу. Кончики пальцев скользят по щеке почти невесомо, но я вздрагиваю, будто он провел по мне лезвием.

Оценивающее движение…

— Я вас не понимаю.

— Понимаешь, Алисия.

— Вы… хотите меня защитить?..

Я слышу его шумный выдох. Мужчина склоняется ближе к моему лицу, словно хищник, дающий жертве осознать неизбежность ее участи.

Я инстинктивно зажмуриваюсь, когда его пальцы снова вскидывают мой подбородок.

Холод касается губ…

Он целует меня твердыми губами маски, подавляя своей энергетикой.

— И это в том числе, если потребуется. Я дам тебе жизнь мечты взамен на твое полное подчинение. Ты станешь моей прелестной… игрушкой.

Он не просит и даже не предлагает. Это приговор, озвученный с пугающей небрежностью. Он не уточняет, что именно подразумевает под словом «игрушка», но разве нужно объяснять?

Он хочет развлекаться, взяв под контроль мою жизнь. И секс, безусловно, будет частью этой игры, ее неотъемлемым элементом, и далеко не единственным.

Да, моя жизнь — хаос. Да, я уязвима и отчаянно нуждаюсь в деньгах и защите.

Но стать чьей-то вещью, пусть даже роскошной и дорогой, я не смогу.

Мысли о том, чтобы продаться, отвратительны. Наверное, я и в самом деле дура, раз отказываюсь от такого заманчивого предложения.

— Простите, но я… не могу, — шепчу, отчаянно цепляясь за остатки самообладания и пячусь от него.