Книга МЖМ по Кругу. Из Рук в Руки, страница 24 – Саманта Джонс

Я попыталась вырваться или позвать на помощь, но в вагоне уже почти никого не было кроме старичков и старушек.

Меня резким рывком усадили обратно на скамейку и моментально я получила от кого-то из них пощечину по лицу.

Грудь вздыбилась. Спинка выгнулась колесом.

Я пытаюсь возразить и взбунтоваться. Кровь закипает адреналином предстоящей схватки за собственную честь и достоинство, но…

Еще одна пощечина. Я тяжело дышу стиснув зубы, кровь приливает к лицу.

Растрепанные волосы застилают запотевшие очки.

Я упала обратно между ними и чуть успокоилась. Третий встал и спокойненько насвистывая прошелся до стеклянных дверей в вагон, чтобы посмотреть, не идёт ли кто.

От борьбы платье сползло и одна моя грудь выпала.

Парни увидели, что у очкастой девочки, которую они притесняют в электричке пробит сосок.

Один облизнулся и тут же вцепился губами мне в грудь. Его язык обхватил металлическую штангу и начал медленно перекатывать её вместе с сосочком по губам.

Я застонала и мне тут же закрыли рот рукой.

Потом ладонь превратилась в пальцы и они «пистолетом» вошли мне в рот.

— Тихо, шкура.

— Малфыкы не наааадо, — с набитым ртом стала молить я.

Мои глаза бегали между их глазами в бессильных попыткам найти, кто из них сжалится надо мной.

Горячие руки гладили мои колени, а буквально в пяти метрах от нас какой-то дачник посильнее уткнулся лицом в газету.

— Не делай глупостей милая.

— У меня парень есть… — почти шепотом, чтобы не привлекать внимание пассажиров сказала я. Я так боялась что они разозлятся, если я стану кричать.

— Мы ничего «такого» не сделаем.

Тот, что стоял у дверей в пляжных шортах сорвал сумочку у меня с плеча и порылся в ней. Он вынул паспорт и заявил.

— Восемнадцать есть парни.

У меня достаточно большие внешние половые губы, которых я очень сильно стесняюсь, потому что девочки в бассейне дразнили меня «пельмень», «вареник». В общаге плакала по ночам.

Поэтому про парня я соврала. Я боюсь заводить отношения, потому что боюсь, что меня бросят.

И если и трахаюсь, то только с каким-нибудь пьяным парнем из нашей общаги, на которого мне пофиг бросит он меня или нет.

Поэтому, когда парень в джинсовых шортах плавно и изуверски начал скользить ко мне под платье рукой, а сжала ноги со всей силы. Грудь моя по-прежнему была у них на виду и блондин рванул платье так, что оголил вторую.

— Сиди спокойно!

Они держали меня за запястья и лапали в шесть рук.

В общем-то если бы пара пенсионеров оторвала глаза от газет и книг, то они могли бы любоваться, как девятнадцатилетнюю девушку с пробитыми сосками просто распинают на лавочке в электричке.

Но они трусливо «читали» и выходили на остановках «не видя» ничего перед собой.

Я не могла вырваться, да и пошевелиться тоже. Меня просто выворачивали. И вот уже их сильные руки совладали с моими коленями и начали по сантиметру отвоёвывать у меня мое собственное тело.

Я хрипела и вырывалась, но мне насильно раздвигали ноги. Сопротивляться больше не было сил. Я заплакала, но все равно сражалась.

Парень, что до этого стоял и караулил двери, въебал мне очередную «отрезвляющую» пощечину.

Ноги разъехались и мне раздвинули их очень широко.

Главный заржал уставившись на мои белые трусики от влаги уже почти прозрачные.

— Это что такое?