Книга Подонок. Его наказание, страница 15 – Инна Матвеева

— Спасибо, — говорит он, подходя к нам и заразительно улыбаясь Алисе, которую, конечно, уже знает.

— Думаю, это в первую очередь мне, — насмешливо отбивает Дан, тоже приближаясь.

Тут же напрягаюсь и отвожу взгляд, не смотрю на него. Но чувствую, что он да… Хоть и не так уж долго.

— Это всем, — быстро ориентируется Алиса, опережая реакцию Макса. — И вот что ещё всем: ребят, может, всей нашей компанией сходим в клуб, затусим? Или к кому-нибудь домой, у кого там хоромы?

Кто-то фыркает и заявляет, что тут богатые ребята ставки делают, к любому можно. Они начинают активно обсуждать предстоящее вместе с гонщиками…

— А ты такая же шлюшка, как твоя подруга? — неожиданно спрашивает Алису явно оскорблённый моим сегодняшним игнором Федя. Жёстко так выпаливает, явно с посылом для меня.

Леденею. Если он продолжит, мы можем скорее рассориться все тут, чем привести вечер к чему-то продуктивному.

— Лера не шлюшка. И Алиса тоже, — чеканит Макс, а я хватаю его руку, чуть сжимая: нарываться на ссору не стоит…

Всё-таки мы тут пока всё равно на птичьих правах с моей нестандартной ставкой, во многом выторгованной у ребят этим самым Федей.

— Только конченная блядь может делать такую ставку, — презрительно давит он, и мне приходится сжать руку Макса ещё сильнее: улавливаю, как он злится. — Дан, как ты планируешь её выебать? С чего начнёшь? — неожиданно обращается Федя к своему гонщику.

Который пришёл сегодня первым и, конечно же, без того чересчур уверен в себе. Гулко сглатываю от самой сути демонстративно унизительных вопросов и от того, кому они направлены…

Ещё и вспоминается, как легко этот самый Дан меня поднял сегодня утром, усадив на мотоцикл и прижавшись так, чтобы уловила исходящее от него возбуждение.

— Тебе нахрена? Дрочишь, представляя, как я трахаюсь? — пренебрежительно отзывается он, и я с трудом давлю в себе смешок, увидев, как меняется лицо Феди.

Не ожидал такой ответ… И каково ему теперь? Аж носом шмыгает, бледнея. А я не могу не позлорадствовать — разумеется, тайно.

— Не, я просто…

— Просто заглохни, — резко перебивает Дан,

И хотя сама суть всего этого разговора, мягко сказать, неприятна — теперь он хотя бы закругляется. Кто-то уже неуклюже пытается замять. Федя вот больше ничего не говорит, явно не желая испытывать терпение своего гонщика. Ограничивается только недовольными взглядами в его сторону.

Я тоже мельком смотрю на Дана: всё-таки он, можно сказать, своеобразно заступился за меня… Вот только отвечает мне таким презрительно холодным взглядом, что чуть на месте не пошатываюсь. Вспыхнув, отворачиваюсь.

Не буду я во всё это вникать… В него вникать не буду — даже притом, что становится не просто моей задачей, но очень даже проблемой.

— В общем, решено, ко мне все, — слышу вердиктом голос Миши и только тогда понимаю, что ребята после выпадов Дана и Феди спокойно тусовку обсуждали, не особо обратив внимание на их пикировку.

Привыкли уже к подобному, наверное… Только вот я вряд ли когда-нибудь смогу.

Никаких нахрен тусовок до гонки — это вообще-то железное правило. Моё персональное негласное. Тем более никаких тусовок там, где есть алкоголь. Только суровая дисциплина и каждодневные тренировки. Я так вёл себя и когда мне не особо нужны были бабки — просто потому, что привык побеждать. А сейчас так-то и стимул нефиговый.