Книга Большой Злой Опер, страница 37 – Чарли Энн Маар

— Не переживай, с твоей мамой всё будет в порядке. Пойдем, сходим к маме в гости и навестим ее. К ней уже можно. Нам разрешили.

— Да! Да! Пойдем! Пойдем скорее к маме! – девочка тут же оживляется, и на ее лице снова расцветает ласковая теплая улыбка.

— Давай, я возьму тебя на руки? Так будет быстрее. Ты не против? – спрашиваю я ее.

— Да! Конечно! Хочу на ручки! Возьми меня на ручки, папочка! – она тут же вытягивается на цыпочках и тянет ко мне свои маленькие ладошки. Она выглядит такой счастливой и радостной. Я даже выдыхаю, потому что мгновение назад, когда она с грустью говорила о том, как хочет к маме, мое сердце готово было разорваться на куски из-за невозможности успокоить ее.

«Папочка…»

Это слово, такое непривычное, будто бы, совсем не ко мне обращенное, но, так приятно слышать его в свой адрес.

«Папочка…»

Я никогда не видел себя в роли отца. Да и, признаться честно, никогда не думал, что смогу с этим справиться. Но вот она передо мной. Моя родная дочь. Неужели, это правда? Я все еще не могу никак уложить это в своей голове. Это в буквальном смысле слова вышибло землю у меня из под ног.

— Папа, папа, я так рада, что ты, наконец, нашелся! Вот мама обрадуется, когда увидит тебя! – девчушка вдруг крепко обнимает меня за шею. И на мгновение я просто закрываю глаза, и вокруг нет ничего в этом мире, кроме меня и этого маленького существа, чьи крохотные ладошки обхватывают меня за голову.

Я поднимаю Ляйсан на руки, вставая вместе с ней с колен.

— Ух ты… Как высоко! Папа! Я выросла! – смеется девочка, смотря по сторонам. – Я теперь самая большая!

— Бесспорно, - отвечаю я ей, осторожно держа ее на руках. И мы вместе с ней выходим из детсвой комнаты, двигаясь к лифту. Поднявшись на этаж выше, мы подходим к палате номер 416.

Я останавливаюсь у двери на мгновение, крепче прижимаю к себе ребенка, копающегося пальцами у меня в волосах, и выдыхаю.

— Папа? А почему мы не заходим? Ты же сказал, что мы пойдем к маме… Пойдем, пап? – тихо говорит Ляйсан окол моего уха, словно это какой-то секрет, и никому, кроме нас двоих, слышать эти слова нельзя.

— Да, идем, - уверенно говорю я и тянусь к ручке двери, ведущей в палату, открывая ее.

Мы, наконец, попадаем внутрь, и я вижу ее.

«Лия…»

Она лежит на больничной койке, укрытая простыней. От ее руки идет небольшая прозрачная трубка, которая тянется до самой капельницы.

Когда мы с Ляйсан заходим внутрь, Лия тут же поворачивает свою голову, смотря на нас. Мы цепляемся друг за друга взглядами, и я вижу, что она всё поняла. Ее взгляд перемещается к ребенку, а затем она снова смотрит на меня. Пристально и внимательно. По выражению ее лица, я сразу же вижу, что скрывать что или делать вид, что никому ничего не известно – просто бессмысленно. Она знает, что я знаю. Наш безмолвный диалог прерывает малышка, завертевшаяся у меня в руках. Ее звонкий голосок тут же развеивает тишину больничной палаты.

— Мама! Мама! А я папу нашла!

Конец первой части