Книга Нам нельзя, страница 25 – Инна Инфинити

— Да. Папа предложил мне работу в его компании.

— Ого! — восклицает Лена. В ее глазах искреннее удивление. — А кем?

— Маркетологом, кем же еще. Это моя специальность.

Мачеха ставит передо мной тарелку с тремя сырниками и кладет на стол сметану.

— Спасибо, — благодарю ее с вежливой улыбкой.

Тетя Люда обходит стол и садится рядом с дочкой. Они так похожи. У обеих крашеные в блонд волосы и карие глаза. Одинаковая линия скул и подбородка. Учитывая, сколько времени мачеха проводит у косметологов, их с Леной можно принять за сестер. Воистину яблочко от яблони недалеко падает.

— А может, мне тоже начать работать в нашей компании? — задает Лена риторический вопрос.

Я аж чуть ли не давлюсь сырником. Даже не знаю, что меня поразило больше: желание Лены работать в принципе или то, что она назвала папин бизнес «нашей компанией»? Лена не работала ни дня в своей жизни, хотя какое-то высшее образование у нее есть. Я понятия не имею, чем она занималась целыми днями, пока Герман пропадал на работе и в командировках. Герман десять лет прожил с настоящей содержанкой и не заметил.

«Жена — это личность», вспоминаю его слова, и снова становится смешно. Это Лена-то личность? Самая настоящая тунеядка. Она и после развода нигде уже год не работает. Живет за счет моего папы.

— Кем? — спрашиваю, едва сдерживая смех.

— Не знаю. Не важно. Но вообще у меня экономическое образование, — произносит с гордостью.

— А что? Хорошая идея, — подхватывает мачеха. — Герман же внешнюю торговлю курирует? Наверняка у него найдется место для человека с экономическим образованием. И английский ты знаешь.

Я резко перестаю жевать, но тетя Люда и Лена не замечают этого, поскольку очень воодушевились внезапно пришедшей к ним мыслью — трудоустроить Лену к Герману. Я чувствую, как от закипающей внутри меня злости, начинает дрожать кружка с капучино в руке. Ставлю ее на стол. Это получается слишком громко. Со стуком. Мачеха и Лена снова на меня смотрят.

— Это не так работает, — произношу строго. Мне не удается скрыть злость. — Мы не можем набирать всех подряд, просто потому что у них экономическое образование. Оно у каждого второго сейчас. Нам нужны люди с профильным опытом и соответствующими компетенциями. Мы — бизнес, а не социальная организация.

Мать и дочка секунду глядят на меня недоуменно.

— Вообще-то я очень много знаю о внешней торговле, — произносит оскорбленно Лена. — Я десять лет слушала про нее от Германа. Да я учебник могу написать про экспорт металлопродукции за границу. Я знаю, в какие страны мы сейчас экспортируем, в каком объёме. Знаю, на какие рынки Герман хотел бы выйти, но пока не получается. Знаю, куда мы поставляли, а потом потеряли контракты, потому что другие поставщики предложили условия лучше. Боже мой, да за десять лет брака Герман мне все уши прожужжал!

Аппетит пропал напрочь.

— Что же ты раньше не пошла работать в нашу компанию, раз так хорошо разбираешься в предмете? — спрашиваю, с трудом выдавив из себя вежливую улыбку.

— Потому что у Германа был какой-то дурацкий принцип, что муж и жена не должны работать вместе, — фыркает. — Мол, личные отношения будут мешать рабочему процессу. Ну а раз мы теперь в разводе, то почему нет?

В кухню входит папа.

— Можно мне кофе?

— Да, конечно, — вскакивает тетя Люда. — Садись, я сделаю.