Книга Закрывая двери, страница 29 – Ари Дале, Жанна Никитина

Оставлять Милу одну не хочется, но музыка прекращает играть, и я слышу бархатистый голос ведущего.

— Дамы и господа, приветствую вас на нашем закрытом мероприятии. Знаю, вы долго его ждали. Даже слишком долго. Уверяю, оно того стоило.

Я заправляю волосы Милы за ухо, целую ее в лоб, после чего толкаю к стене, поближе к охраннику. Он сразу ловит ее взглядом.

Я же, совсем не понимая, какого хрена со мной твориться, разворачиваюсь. В помещении душно и темно, вот только это не мешает мне взглянуть на хорошо освещенный октагон. Теперь все софиты направлены на него, выделяя посреди одинокую фигуру седовласого мужчины в черном костюме. Хоть я не вижу лица, но знаю, что его широкая белоснежная улыбка могла бы ослепить меня. А морщины в уголках глаза и на лбу стали такими глубокими, что, казалось, мужчине не пятьдесят, а все семьдесят.

— Вас ждет сегодня кое-что особенное, — его голос разносится по залу через колонки и будоражит гостей, они начинают перешептываться. — Бой, о котором многие мечтать не могли.

Взволнованность гостей усиливается, кое-кто даже оглядывается. Темнота скрывает меня от любопытных глаз.

— Готовы узнать, кто сегодня схлестнется в октагоне? — шепот, произнесенный в микрофон, вызывает больше эмоций, чем крик.

Несколько гостей не могут усидеть за столиком и подрываются. Две девушки в слишком коротких платьях пытаются пробраться к октагону, но их задерживает охрана. Они с одинаковым недовольным выражением лица поворачиваются обратно, и только после этого я понимаю — близняшки.

— Я представляю первого бойца, — ведущий указывает рукой на дверь на противоположной от меня стороне. Она тоже скрыта во тьме, но я чувствую пристальный взгляд, пронзающий меня именно оттуда. — Он — бывший чемпион UFC в полутяжелом весе. Двадцать семь лет, двадцать побед и всего одно поражение. Исключен из лиги UFC. Но продолжает свою карьеру и по сей день. Без единого поражения. Встречайте, Леший, — софиты загораются и освещают противоположную стену.

Прислонившись к ней, вразвалочку, с руками, сложенными на груди, стоит боец с дредами, завязанными на макушке, и в красных боксерских шортах. Один уголок его губ приподнят, как и бровь. Люди начинают кричать так громко, что хочется закрыть уши. Несколько девушек пытаются добраться до бойца. Они даже на охрану кидаются, но их ловят и разворачивают обратно. Похоже, фанаткам Лешего каким-то образом удалось прознать о бое. Я бы не удивился, если бы узнал, что сам Леший слил информацию. Краем глаза замечаю, как официанты начинают собирать деньги по залу. Рано. Ох рано.

Леший, или по нормальному Вова, не обращает внимания на творящееся вокруг безобразие. Он смотрит прямо на меня. Не видит, но смотрит. Кажется, я знаю, о чем он думает: он уже давно размазал меня по октагону, как давно мечтал. Мечты… Мечты…

Несколько мгновений он продолжает пристально смотреть на меня, после чего медленно отрывается от стены. Идет к октагону с гордо-поднятой головой, пока не добирается до октагона и не заходит внутрь.

Леший становится рядом с ведущим и больше не двигается. Даже не реагирует, когда его тренер у октагона что-то показывает ему. Ждет. Я тоже.

— Но кто же противник знаменитого Лешего? Кто же мог бросить вызов чемпиону?

Гул толпы усиливается, но я его не слышу. Чувствую теплое, нежное прикосновение к ладони. Оборачиваюсь.