Книга Маскарад для босса, страница 55 – Жанна Никитина

В голове пусто, лицо начинает стягивать. А у меня нет сил встать. Марс тоже не двигается. Он все еще сжимает мои волосы. Нам нужно время, чтобы прийти к себе.

— Лина, нужно умыться, — смысл слов не сразу доходит до меня.

— Ага, — только это и могу ответить.

Горло немного саднит. А я такая счастливая. Марс помогает мне подняться и подталкивает в нужном направлении.

— Мне нужно ехать, — Марс уже одет, когда я выхожу из ванной. Свет в прихожей включен.

Мне хочется, чтобы он остался. Но я не уверен, что смогу вынести его отказ. Поэтому просто киваю.

— Аккуратнее на дороге, — желаю ему на прощание.

Марс долго смотрит в мои глаза. Затем притягивает меня к шее и целует. Поцелуй становится целостным и спокойным. Только дыхание почему-то замирает от него. И кажется, что это самый интимный момент в моей жизни.

— Доброй ночи, Лина! — Марс выходит из-за двери, и мне кажется, что мое сердце уходит вместе с ним.

Утыкаюсь лбом в закрытую дверь и жду. Звук пищевого лифта обеспечивает тишину. Марс пока там, на площадке. Я все еще могу остановить его. Лифт приезжает. Я слышу, как Марс заходит в кабину. Двери захлопываются. Я так и не решилась.

Утро. Квартира. Кофе… и воспоминания о вчерашнем вечере. Я сижу на кухне, уткнувшись лбом в стол, и пытаюсь не стонать. Так стыдно мне еще никогда не было. Клятвенно даю себе обещание больше никогда в жизни не пить.

Проснулась я, на удивление, свежая и бодрая. Голова не гудела, в теле чувствовалась приятная легкость. Немного саднило горло, но это не удивительно, когда делаешь… и вот тут на меня свалилась вся тяжесть вчерашнего вечера. Развернувшись на живот, я уткнулась лицом в подушку и кричала в нее, пока моему горлу не стало больно даже сглотнуть. Тогда я накрылась с головой одеялом в надежде скрыться от этого мира. Но вскоре стало нечем дышать. Спустя полчаса я нашла в себе силы встать и умыться. Весь мой путь до ванной напоминал о Марсе: как он стоял посреди комнаты, как в прихожей валялась наша одежда, как он сказал, что ему нужно ехать, и оставил меня одну стоять уткнувшись в дверь. Конкретно это воспоминание меня добило, и я вот я сижу на кухне, уткнувшись лбом в стол, с пылающими щеками и тяжелым сердцем.

Телефонная трель заставляет оторваться от уже теплой поверхности.

— Алло, — сиплю я.

— Ого! Что случилось? — Марину плохо слышно. Завывание ветра заглушает ее голос.

— Последствия вчерашнего вечера. А ты где? — отпиваю уже остывший кофе и морщусь от горького вкуса.

— Бегу забирать подарок на новоселье. Ты же помнишь, что мы сегодня к Насте?

Это сложно забыть. Прикрываю ладонью зевок и допиваю кофе.

— Конечно, помню, — и под угрозой смерти такое событие не пропустила бы. — Как мы встретимся?

— Предлагаю на Измайловской в центре зала. В пять часов. Не опаздывай, иначе нагоняй получим обе, — на этом Марина отключается, а я плетусь в душ. Но сначала делаю себе еще одну кружку кофе.

Душ освежает, но не смывает позора. Тяжелые мысли следуют за мной. В конечном итоге, мое богатое воображение рисует картину того, как Марс провел эту ночь в объятиях брюнетки с четвертым размером груди. Беру одного из двух плюшевых медведей, которые стоят у меня на диване, и сажусь с ним в обнимку на кровать. Хочется обнять хоть кого-то.