Книга Бой с Эрой, страница 95 – Жанна Никитина

— Адреналин и радость? — Влад поднимает бровь.

Бегаю между ними взглядом, будто слежу за мячиком в настольном теннисе. Я впервые присутствую на сеансе Влада, хотя до этого пару раз ждала его в коридоре. Похоже, у этих двоих уже сложилась особая манера общения, непонятная посторонним. Возникает чувство, что я подглядываю за ними.

— Ни злости? Ни агрессии? Ни желания что-нибудь разбить? — Мария Степановна склоняет голову набок.

— Нет, ничего такого, — Влад пожимает плечами.

— А ты, Эра, что скажешь? — теперь она смотрит на меня.

Дергаюсь от неожиданности. Сердце уходит в пятки. Меня словно к доске вызвали отвечать домашку, которую я не сделала.

— Что я должна сказать? — ежусь под пристальным вниманием.

— Как Влад себя вчера вел? — в голосе психотерапевта теплота и забота.

— Да после боя все было хорошо. Поведение Влада прекрасное. Если вы об этом, — запинаюсь чуть ли не на каждом слове. Не ожидала, что мне тоже будут задавать вопросы.

— А до боя? — Мария Степановна пристально смотрит мне в глаза.

Бросаю взгляд на Влада. Он наблюдает за мной. Плечи напряжены. Мелкая морщинка отчетливо видна между бровей. Мне хочется залезть к нему на колени и спрятаться в его объятиях. Интересно, о чем он думает?

— Так, если вы сейчас будете играть в гляделки и умалчивать ответы, то давайте закончим, — Мария Степановна хлопает в ладоши, затем демонстративно упирается руками в сиденье, будто собирается встать.

Моргаю и отворачиваюсь от Влада.

— Эра, насколько я знаю, терапия была твоей идеей, — Мария Степановна больше не похожа на милую женщину. Передо мной сидит строгая учительница, отсчитывающая меня за то самое невыполненное домашнее задание. Становится стыдно. — Ты не имеешь права скрывать состояние Влада. Как бы тяжело не было, и чтобы он тебе потом не говорил, мы здесь только ради его блага. И сейчас любая мелочь может помочь.

Киваю. Опускаю глаза в пол. Щеки горят. Сильнее сжимаю подлокотники. Грудь ходит ходуном.

— До боя Влад был агрессивен, — виновато смотрю на него.

Он кивает, подбадривает. Невесело улыбаюсь уголками губ.

— Ладно, — глубоко вздыхаю, откидываюсь на спинку и таращусь в потолок. Лучше ему буду все рассказывать. — В общем, после боев Влад всегда приходит в норму. А вот до… — делаю паузу, моргаю. — Видимо, из-за волнения он становится раздражительным, хмурым, огрызается, — замолкаю.

— А секс? — Мария Степановна огорошивает вопросом.

— Секс? — недоуменно вскидываюсь на нее. Мария Степановна серьезна. — Ну, — складываю ладони на бедрах, тру подушечки пальцев друг о друга, — он у нас с Владом мягким в общем-то никогда и не был, — подбираю слова, но подходящие никак не приходят на ум. С досадой хлопаю себя по бедру. Разворачиваются к Владу. — Как ты с этим справляешься? Такое чувство, что я на приеме у гинеколога посреди парка.

Влад прыскает от смеха. Протягивает мне ладонь. Вкладываю свою. Давление пальцев успокаивает.

— До начала боев я могу перегнуть палку, — Влад продолжает за меня. Трет шею.

— То есть, соревнования делают тебя более подверженным эмоциям? — Мария Степановна раздумывает над чем-то. Влад открывает рот, но она останавливает его ладонью. — Можешь не отвечать. То, что я сейчас скажу, будет болезненно слышать, но это вынужденная мера.