Книга (не) прощу тебя, предатель, страница 24 – Ари Дале

Ноги почти не держат, поэтому не понимаю, откуда берутся силы, чтобы выбежать из мини-зала, оглянуться по сторонам, найти табличку WC на деревянной двери с резным рисунком, домчаться до туалета и упасть на колени возле унитаза.

Меня выворачивает снова и снова. Желудочный сок покидает тело. На коже выступает холодный пот. Волосы у корней становятся влажными.

Постепенно спазмы в желудке становятся все реже и реже, после чего вовсе прекращаются. Слабость возвращается в тело, ноги начинают дрожать, и я плюхаюсь прямо на грязный пол.

Осознание того, что мне пришлось пережить, накрывает с головой. Рыдания накатывает с такой скоростью, что я не успеваю их остановить. Опираюсь спиной на холодную, покрытую белой плиткой, стенку кабинки, закрываю лицо руками, плачу. Тихо. Отчаянно. Постоянно всхлипывая.

Такое чувство, что эмоции вихрем закручиваются в груди, заполняют каждую клеточку тела. Не дают мне дышать, но при этом выходят наружу со слезами. Меня трясет. Холод волнами проносится по коже. Руки, закрывающие лицо, подрагивают. Кончики пальцев покалывает. Зубы стучат.

Возможно, мне осталось не так много времени, а муж…

Господи, я даже мысленно этого произнести не могу.

Чем я заслужила такое обращение? Чем?

Я ведь любила Сашу. Всем сердцем любила. Он тоже любил меня! Я это точно знаю! Чувствовала его любовь всей душой. Когда все изменилось? А главное, почему?

Да, какая разница?

Сейчас нужно сосредоточиться на себе. На своем здоровье. На своей жизни!

Плевать, что творится в голове у этого предателя.

Нужно к врачу попасть! Вот, что, на самом деле, важно!

Если не к своему, то хотя бы к тому, к которого выберет Саша.

Что-то подсказывает, без ведома мужа получить медицинскую помощь у меня не получится.

Не знаю, сколько я сижу на полу, но рыдания постепенно начинают утихать. Слабость снова возвращается в тело, занимает хозяйское место. У меня даже напрячься не получается, когда слышу тяжелые шаги.

Тень накрывает меня ровно в тот момент, когда я вытираю все еще влажные щеки. Медленно распахиваю веки, запрокидываю голову, встречаюсь со стальными глазами мужа.

— Не знаю, почему ты не веришь мне, — всхлипываю, судорожно втягиваю воздух, в попытке не дать эмоция снова взять надо мной власть. — Правда, не знаю, Саш, — тяжело сглатываю. — Но готова на все, чтобы ты отвез меня к врачу. Не веришь моему доктору, ладно. Найди того, кому будешь доверять. Пожалуйста, — черт, не получает удержать слезы. Не думала, что когда-нибудь придется попросить о таком.

Саша смотрит на меня сверху вниз. Его брови нахмурены. Губы поджаты. На лице мужа нечитаемое выражение. Понятия не имею, о чем он думает, но очень надеюсь, что хотя бы в этот раз услышит меня. Очень надеюсь.

Секунды текут медленно.

Стук сердца отдается в ушах.

Пару слезинок скатывается с глаз, но я даже не пытаюсь их стереть.

Пусть Саша видит, что делает со мной. Пусть…

— Вставай, — произносит муж так неожиданно, что я вздрагиваю, а он лишь протягивает мне руку. — Тебе сейчас рисовую кашу на бульоне принесут.

Удивительно, но остаток дня можно назвать сносным.

Мне действительно приносят кашу с бульоном. Еда хоть оказывается простой, но помогает вернуть немного сил. Желудок перестает болезненно сжиматься, тошнота проходит.