Книга Развод. Ты (не) заслуживаешь прощения, страница 61 – Ари Дале

Моя жена еще не пришла в себя после потери нашего малыша. Ее раны до сих пор кровоточат. Да и я каждый раз перегибаю палку в попытке удержать жену рядом. Нужно быть терпеливее. Помочь Люде пройти через ад, который сам же устроил. Попробовать вернуть улыбку на любимое лицо. Для начала, хотя бы ее. А потом уже можно сделать Люду вновь счастливой.

Вот только появление твари, убившей нашего сына, нарушает и без того хрупкое равновесие в жизни моей жены.

Как Настя смеет звонить Люде? И что она вообще делает на свободе?

— Да, — Гена, темноволосый широкоплечий заместитель начальника охраны, сидящей на переднем сиденье, поворачивается ко мне и протягивает планшет. — Она в пятьдесят пятой больнице. Диагноз: нервный срыв.

Быстро пробегаюсь глазами по экрану, где высвечивается вся информация: симптомы, фамилия врача, номер палаты.

Твою мать, Насте разрешены посещения? Ее мать уже успела наведаться к ней, судя по снимкам, сделанным с камер видеонаблюдения.

Ярость закипает в груди. Монстр, которого в последнее время мне удавалось держать на привязи, начинает дергаться.

— Она должна быть в следственном изоляторе, — цежу сквозь стиснутые зубы, откидываю планшет на сиденье, поднимаю взгляд на охранника. — Кто ее выпустил?

— Выясняем, — коротко отвечает Гена. — В больницу?

Сжимаю кулаки, киваю.

Перед глазами встает образ Люды, лежащей на кровати после того, как она потеряла нашего сына. Моя жена выглядела такой бледной, что чуть ли не сливалась с простыней. Все из-за Насти! А я добавил агонии в жизнь Люды. Вместо того, чтобы поддержать жену, сконцентрировала на мести и наворотил дел.

Я кретин!

Надеюсь, у меня получится все исправить.

Но тварь, убившую нашего сына, я не могу оставить в покое.

Поэтому, потихоньку закипая, еду в больницу. Тешу себя мыслями, как сверну Насте шею. Понимаю, что вряд ли перейду черту, но никто же не мешает мне помечтать.

На самом деле, нужно засунуть эту тварь в дыру, из которой она вылезла. И ни в коем случае нельзя подпустить ее к Люде. Это первоочередное в списке дел. Чуть позже разберусь с тем, кто выпустил Настю из клетки, в которой она должна сидеть до конца своих дней.

За составлением планов не замечаю, как мы подъезжаем к больнице. Возвращаюсь в реальность, только когда машина останавливается у входа в белое П-образное здание с шестью этажами.

Не дожидаюсь, пока мне откроют дверь, выхожу на улицу и сразу иду к широкой лестнице, ведущей к главному входу в больницу.

Стоит мне зайти в просторный холл, где почему-то полно людей, запах лекарств тут же бьет в нос. Но меня это не останавливает. Меня сейчас ничего остановит. Я, словно таран, пересекаю холл. Кого-то задеваю плечом. Не замечаю, кого именно. Направляюсь к лифту, створки которого как раз разъезжаются. Захожу в кабину, нажимаю на кнопку четвертого этажа. Прежде чем дверцы успевают закрываться, Гена протискивается внутрь, становится рядом со мной. Ничего не говорю. Просто наблюдаю за тем, как меняются цифры на приборной панели. Кровь бурлит в венах, шумит в ушах. Стараюсь дышать спокойно, размеренно, чтобы сохранить самообладание, но у меня плохо получается.

Поэтому, когда створки вновь раздвигаются, срываюсь с места.

Ловлю дежавю.

Так же, как в день гибели моего сына, размашистым шагом иду по коридору с белыми стенами, не обращаю внимания на окрики медсестры, сидящей на посту.