Книга Жена для наемника, страница 32 – Ари Дале

— Александр. Он только сегодня прилетел, — Лиза усмехается. — Абду рассматривает его в качестве нового транспортировщика нефти, — она бросает подозрительный взгляд на меня. — Кстати, это брат Вадима.

Поворачиваю ключ в замочной скважине, открываю металлическую дверь и сразу окунаюсь в знакомую атмосферу. Бежевые обои с белыми цветами, деревянный комод с обувью и шкаф из того же комплекта встречают меня в узком пространстве. Снимаю балетки и прохожу по длинному коридору мимо гостиной, прикрытой дверьми с матовыми стеклами до самого конца, где находится ванна. С одной стороны коридора спальня родителей. Вижу подножье кровати, идеально ровно заправленное бежевым пледом и балконную дверь, завешенную прозрачной тюлью. С другой стороны — моя комната. И она закрыта.

Стоит мне открыть дверь и зайти внутрь, сразу чихаю.

Серые обои. Серый пушистый ковер. Серый шкаф.

Я и забыла, какая моя комната на самом деле унылая. Идеально отражает меня в прошлом.

Письменный стол, на котором стоит старенький стационарный компьютер, покрыт пылью. Скорее всего, у мамы не было времени протереть его из-за занятости на работе. Кровать заправлена темно-серым пледом. Полка над ней заставлена книгами на разных языках. Они тоже в пыли. Уверена, приличный слой этой дряни находится и на шкафу у окна.

Я не переодеваюсь, хотя кружевное платье не совсем подходит для Московской погоды. Оставляю чемодан у стены, вытаскиваю из шкафа кожаную куртку. Надеваю ее и нахожу на полке кепку. Она тут же оказывается у меня на голове. Переобуваюсь в кроссовки и выхожу из квартиры.

Такси приезжает через десять минут, а я все равно успеваю продрогнуть. В Москве по сравнению с Дубаем зябко. Облизываю пересохшие губы после того, как называю водителю адрес больницы.

Откидываюсь на спинку заднего сиденья и смотрю в окно. По дороге мелькают панельные многоэтажки, продуктовые магазины, деревья и… снова деревья. Людей, несмотря на середину рабочего дня, очень много. Мы проезжаем парк, в котором вижу заполненную детьми площадку. В Дубае такого не встретишь. И если честно, я надеялась, что не скоро моя жизнь вернется в «привычное русло».

Но выбора в любом случае нет, поэтому нечего сожалеть. Сейчас нужно собраться с мыслями и решить проблему, а не сетовать про «несправедливость жизни».

Где-то через полчаса такси останавливаться у входа в больницу. Я быстро забегаю по ступенькам внутрь. Запах лекарств чуть не сбивает с ног. С детства ненавижу его. Раньше, когда я приходила навещать бабушку, он впитывался в одежду, и от него невозможно было избавиться. Даже стирка плохо помогала. Тем более у мамы на нее почти не оставалось времени: работа одна, вторая, а каждый вечер — в больницу. Когда бабушки не стало, нагрузка у мамы так и не уменьшилась. Мне иногда казалось, что она похоронила себя на работе.

Только спустя пару лет она смогла уволиться с ненавистных работ и заняться тем, что ей действительно нравится — пошивом одежды на заказ. Ей даже удалось открыть свою швейную мастерскую. Папа занимался ремонтом обуви, и они с мамой объединили усилия. Уже много лет особых проблем не было. А около года назад родители переехали в помещение побольше. Но, кажется, все хорошее когда-нибудь заканчивается. Хотя это мы еще посмотрим.