Книга В активном поиске, страница 115 – Даша Коэн

Это был мой бородатый гамадрил.

Вошел с улыбочкой противной и уселся рядом.

— Видишь? — указал Вельцин на свой явный стояк. — Я же говорил, что он по тебе скучает.

— Вельцин! — зарычала я.

— Я ни в чем не виноват. Он сам меня сюда привел, вот тебе крест, Вика-клубника.

— Нет, — упорно процедила я, уже сама не понимая, зачем и почему.

— Ладно, как скажешь. Разгрузочный день — я понял. Но, может, давай хотя бы в кино завалимся сегодня, м-м?

— Кино? — с сомнением в голосе произнесла я.

— Да. Обещаю не приставать. Но мне и правда хочется сходить на новый блокбастер, вот только, увы, не с кем. Представляешь? У лучшего друга период гона.

— Я не твой друг.

— Ты лучше, Вика. Ты — боевая подруга. Пошли в кино.

— И что там за блокбастер такой? — спросила я, пока глаза каким-то неведомым мне образом прилепились к его груди, по которой медленно скатывалась капелька пара.

Мне так хотелось ее слизнуть.

Какой позор! Какой стыд. Срам. Ужас!

— Фантастический.

— М-м, ну можно, если будет только кино.

— Будет кино, Вика, — кивнул он и неожиданно нежно коснулся моей нижней губы своими шершавыми пальцами. Чуть огладил, потянул, смял.

— Я сейчас передумаю!

— Бессердечная!

Спустя полтора часа мы уже покупали попкорн в кассе кинотеатра, а затем прошли в темный зал с удобными, мягкими диванчиками на двоих. И расселись по углам, будто бы были незнакомцами. Правда через минут двадцать фильма, Саша немного подался ко мне, спрашивая разрешения попробовать мой карамельный попкорн. А потом еще раз, когда хотел попить моей колы. А затем приобнял меня и устроил максимально удобно у себя подмышкой.

И мне бы наплевать на это все, но отчего-то стало вдруг дышать тяжело, и сердце забилось чаще. Я тянула носом его парфюм, чувствовала, как жжет он своими невесомыми прикосновениями мою ладонь, и не понимала, чего хочу больше: отпрянуть от него или прижаться сильнее.

А еще невыносимо хотелось целоваться.

Пф-ф, конечно, не с ним. Фу! Бородатое чудовище. Но сама атмосфера как будто располагала к этому.

— Вик, — тихо позвал Вельцин, и я вскинула на него глаза, почему-то зависая в этом мгновении, словно муха на липкой ленте.

Раз — и все, уже не вырваться.

Глаза в глаза, а я только и делаю, что на губы его смотрю безотрывно и понимаю, что захлебнусь внутренними противоречиями, если прямо сейчас что-нибудь не произойдет между нами. Хоть что-нибудь...

А в следующее мгновение мы синхронно подались друг к другу ближе. Столкнулись носами. Глаза сами собой закрылись. Вздрогнули, когда губы лишь едва соприкоснулись, высекая первые искры. Зависли в этом мгновении.

А затем сорвались вниз, резко сталкиваясь языками и со стоном начиная накачивать друг друга собой. Жаром. Страстью. Желанием. И еще чем-то сладким, и пьянящим, названия чему я не знала. И не хотела знать.

Не сегодня.

Каков итог?

Фильм мы не досмотрели. А наутро я не уехала к родителям. Проснулась опять в постели Вельцина и предпочла ничего не анализировать. Списала все на случайность.

Подумаешь потрахалась опять, не страшно...

Вика

— Привет! — кричу я через всю комнату, замечая, что на экране появилось лицо Романовой. — Ну наконец-то мы состыковались по времени и смогли созвониться.

— Прости, Викусь, что-то за последние недели вообще выпала из этой системы координат, — устало потерла кончиками пальцев глаза подруга и тяжело вздохнула.