Книга Танец против цепей, страница 7 – Алиша Михайлова, Алёна Орион

— Я... я не знаю, что надеть, — выдохнула она, сама не веря, что это сказала.

Лиза всплеснула руками, и ее лицо озарила победоносная улыбка.

— Вот это я понимаю! Не проблема! У тебя точно есть что-то приличное, только ты это наверняка прячешь.

Она схватила Ольгу за руку и потащила в спальню. Лиза без тени сомнения распахнула дверь шкафа, и Ольгу, как всегда, охватило чувство стыда при виде этих ровных рядов «одобренных» бежевых, серых, пастельных тонов.

— Боже правый, Оль, да тут похороны цветовой гаммы, — проворчала Лиза, вышвыривая очередной кардиан, — Куда Мишаня дел все твои коротенькие платья? Раздал что ли своим секретаршам?

Ольга смутилась, на мгновение отвела глаза и прошептала:

— Он сказал, что они слишком вызывающие…

— Я даже не удивлена, за собой бы лучше следил…, этот повелитель юбок, — хмыкнула Лиза и тут же переключившись, завопила во все горло, — Ура! Нашла! Именно то, что нам нужно. Надевай, скорей!

В руках Ольге оказалось короткое черное платье, его ткань обжигала пальцы так, словно была соткана из живого огня. Она подошла к зеркалу и приложила его к себе поверх своего унылого домашнего свитера. В отражении столкнулись два мира: серая, уставшая женщина и призрак той, кем она могла бы быть.

Внутри заговорили два голоса. Один, привычный и острый, как лезвие бритвы:

«Не смей. Он узнает. Ты знаешь, чем это закончится».

Другой, тихий, но настойчивый, будто первый росток, пробивающий асфальт:

«Один вечер. Всего один вечер, чтобы вспомнить, каково это — дышать полной грудью. Разве ты не заслужила хотя бы этого?»

Она зажмурилась, вцепившись в платье так, что костяшки пальцев побелели. Сердце колотилось, выбивая в висках дикий, незнакомый ритм. Страх сжимал горло, словно ледяные цепи, но глубоко внутри, словно хрупкий росток, рождалось что-то новое. Эта маленькая искра, едва заметная и слабая, начала потихоньку разрастаться, наполняя ее тело небывалой решимостью.

Ольга посмотрела на Лизу, взгляд ее был слегка влажным, но она уверенно кивнула.

— Ладно. Давай попробуем.

Это простое слово — «да» — прозвучало громче выстрела и стало первым камнем, брошенным в ее клетку.

Ночной клуб встретил их гулом музыки, который тек словно живая река, наполняя пространство ритмом и энергией. Свет прожекторов разрезал темноту, отражаясь в искрящихся глаза танцующей молодежи, а волны баса сотрясали воздух, заставляя сердце биться в унисон. Люди вокруг танцевали, теряясь в движениях и звуках, как будто весь мир сузился до этого мгновения, где музыка и веселье правили миром.

Ольга замерла у входа, не решаясь сделать шаг вперед. Воздух здесь был густым и тяжелым, пропахшим потом, алкоголем, дымом сигарет и ароматом сладких духов.

Всего вокруг казалось слишком: слишком ярко, слишком шумно, слишком душно, слишком много возбужденных тел.

Она вжалась в стену, чувствуя, как короткое черное платье внезапно кажется на ней не просто нарядом, а костюмом для чужой, непонятной жизни. Ее сердце забилось быстрее, появилось желание сбежать, найти тишину и покой. Все таки Михаил был прав, эта жизнь не для нее, теперь не для нее… Она уже собиралась повернуться и быстро пройти через толпу к выходу, когда неожиданно почувствовала крепкую руку подруги, схватившую ее за запястье.