Книга Мир жизни и смерти 10, страница 36 – Павел Пуничев

Интересное началось, когда бредущий по дну Странник дошёл до очередной лужи и попытался собрать из неё кровь. Сначала он исполнил пантомиму с невидимым стеклом, не пускающим его руки к желанной добыче, а зачем отлетел, отброшенный ударившей из лужи зеленоватой молнией. В воде отбрасывание в сторону прошло как в замедленной съёмке: зато искры, пар и обильные пузырьки, начавшие бить из-под его забрала, были как настоящие. Да и десятая часть его очень не маленьких хитпоинтов, испарившихся в этот момент, показали что дело серьёзное.

В чате он ругаться начал ещё не приземлившись и, если убрать бессвязные междометия и нецензурную лексику, из его слов можно было вычленить некую суть, что нехорошая лужа его к себе не подпускает, да к тому же ещё и проделала дыру в его теле, начиная от указательного пальца, которым он к ней тянулся и до самого сердца, которое теперь безвозвратно разбито таким несправедливым к себе отношением.

Путём недолгих расспросов удалось выяснить, что кровь Древних Богов не желала быть собранной руками низменного существа, не имеющего ничего общего с божественными сущностями. Это заявление заставило меня задумчиво поскрести щетину, что под водой не даёт нужного эффекта, пришлось просто подумать головой. Если у Странника нет ничего общего с Богами, то откуда это, вообще, взялось у всех остальных? Павшего бога мы били вместе: и Странник как раз был один из тех, кто продержался дольше всех, значит дело не в этом.

В чат мы написали одновременно со Снегирём.

— Божественный артефакт.

— Вещички божественного ранга.

И действительно, к этому моменту у каждого из нас кроме Странника и Снегиря было по вещичке божественного ранга или принадлежащих раньше павшим богам. Благодаря им, мы прошли божественный фейсконтроль, а вот он нет. Попытка Снегиря это подтвердила, невидимое стекло его тоже не пустило.

Ладно это дело исправимое, всё самое ценное я носил с собой, так что, немного поковырявшись в инвентаре, я достал оттуда обрывок дырявый тряпки, которую почему-то называли плащом Павшего Бога. Накинул его на плечи Странника и отправил проверять ещё раз.

Выглядела это странно, развивающиеся за его плечами тряпка будто была напитана болотной жижей, которая начала отравлять воду, оставляя за идущим танком медленно расползающуюся полосу грязи. Однако это помогло, кровь древних признала его право, одарив частичкой силы и всосавшись в поднесённую колбу. Тот же фокус прокатил и со Снегирем, а вот когда я пошёл на второй круг, пытаясь собрать как можно больше ценного ингредиента, мне не призрачно намекнули, что жадность до добра не доводит. Каждый игрок мог владеть не больше, чем одним пузырьком такой благодати, а все попытки получить больше, закончатся отнятием всех полученных плюшек, да ещё и гарантированными карами небесными. Жадность тут же поутихла, что не помешало нам провести эксперимент и на нашей феечке. К тому времени как Резак вернулся с разведки, та, будучи правой рукой богини Жизни, как раз покрылась искрами полученной силы, а в тропинке на одну лужу стало меньше.

— Там тупик, — сообщил через чат рога. Сотня метров и пещера заканчивается каменной стеной. Пишут, что вход запечатан, а скрытый за ней хозяин всё ещё не отошёл от ран, полученных в последней эпической битве, и совершенно не желает никого видеть. Советуют попробовать прийти ещё раз через пару-тройку тысячелетий.