Книга Его одержимость, страница 140 – Эмилия Грин

— У него ведь было много баб… – смешок. – Какие только красотки под него не ложились… – еще один оценивающе-пренебрежительный взгляд. – Хочешь откровенно? Некоторые бабы были гораздо краше тебя… Фигуристее… Однако он остановил свой выбор на белобрысой моли с маленькими сиськами… – Евгений зашелся в лающем смехе. – И вот я все думаю… Ну, что в тебе такого, Верочка? Что в тебе такого, раз даже Бергич не сумел ему вправить мозг…

— О чем ты? – как за соломинку, хватаясь за новую порцию Женькиных пьяных откровений. – Что именно сказал тебе Бергич?! – я подскочила с кресла.

— Мой батя в полной заднице из-за «одного своего решения»… Увидев тебя здесь, я без труда понял, о чем он говорил. Это ты внесла смуту в столь отлаженный механизм… Как такое вообще возможно? – прохрипел он, продолжая приближаться. – Как одной безмозглой шлюхе такое под силу?

— Почему тебя так это удивляет? – я хмыкнула. – Забыл, что Троя полегла из-за женщины, а битву за Орлеан, которая решала независимость Франции, выиграли только благодаря Жанне Д Арк… – я пожала плечами. – Глупо стремиться отрицать значение женщины и чувств…

— Битва за Орлеан? Может, ты в постели как за жизнь борешься? М? Так отменно трахаешься, что батю развезло? Или сосешь как пылесос? – Женя резко приблизился. – ЧТО В ТЕБЕ ТАКОГО, СУКА?! – он со всего размаху ударил меня по лицу.

Глава 73

Эта громоподобная пощечина вызвала волну тошнотворной боли, сковавшей лицо под оглушающий гул в ушах. Жар полыхнул в крови, окатив мой разум каким-то первобытным страхом.

Не за себя. За кроху, которую я носила под сердцем.

— Жень, я никому ничего не скажу… - произнесла я дрожащим голосом.

Не сказать, что я когда-то воспринимала Женьку всерьез, однако сейчас я почувствовала страх, буквально впивающийся длинными присосками в мое тело. Сковывающий. Душащий ледяным ознобом.

— Смотришь на меня так, что волосы дыбом встают… и не только волосы… - он гоготнул, подаваясь ближе, - Я же вижу, как ты вся дрожишь…

Уловив момент, когда это невменяемое «нечто» занесло руку для нового удара, я стремительно дернулась к кровати, попутно зацепив с тумбочки светильник, который с грохотом рухнул на пол, кажется, на секунду приведя его в чувства.

Евгений застыл, глядя на меня ненавидящими, одурманенными глазами.

— Просто перестань. Давай сделаем вид, что этого не было… - я непроизвольно дотронулась до токающей от боли щеки, - И иди проспись…

Зло усмехнувшись, он продолжал буравить меня расфокусированным буйным взглядом.

— Я же видел, с каким пренебрежением ты со мной общалась… - он сплюнул на пол, - Думаешь, раз я ему не родной, то чем-то хуже придворной давалки? – жутко хохотнул сквозь плотно сжатые зубы.

Придворная давалка. Ну, класс.

Какой же тупой самовлюбленный щенок.

Я непроизвольно усмехнулась, тут же мысленно отругав себя за это…

— Предлагаешь забыть, да? – ублюдок ощерился, медленно двинувшись на меня, - Тогда у меня встречное предложение… Королевский минет, и я обо всем забуду! Идет? – рыкнул он с гримасой, до неузнаваемости изменившей его лицо.

В нем улавливалось нечто маниакальное. Нечеловеческое.

Судорожно выдохнув, я быстро оценила глазами расстояние до спасительного перцового баллончика. Игнатов сунул мне его «на всякий пожарный», хотя я до последнего не планировала им пользоваться – самой бы не надышаться.