Книга Мой враг, страница 128 – Алёна Невская, Елена Сергеева

Все дальнейшее напоминает действие какого-то нелепого и странного кино. Сначала приехали врачи и констатировали ее смерть, потом приехала полиция, и меня, запихнув в машину, увезли в участок. Я находилась в шоковом состоянии, и происходящее со мной протекало как в тумане. Были допросы, обвинения, уговоры, камера и не выходящая из головы действительность – я убила сестру Макса…

Я просидела в камере больше двух суток и за это время передумала обо всем. Моя история началась с того момента, как я приехала в Питер с раздирающим все существо желанием мести за сестру, но обстоятельства сложились так, что я узнала, что человек, которого я столько времени ненавидела, невиновен и что существовал кто-то другой, кто убил Веру.

Тогда я могла остановиться.

Да, стоило только послушаться Макса, но желание отомстить двигало меня дальше, пока я не уперлась в горькую правду. Но даже тогда я не остановилась, и теперь произошла трагедия, за которую мне придется отвечать перед законом; но самое страшное, что мне придется отвечать перед тем, кого я люблю всем сердцем.

Я думала и о Марине… Ее тоже снедало желание отомстить сопернице. И к чему привела ее месть? К смерти…

Однозначно, месть – это хищник, который пожирает в нас изнутри все хорошее и превращает в монстров, неспособных к человеческим чувствам.

Ход моих мыслей нарушает лязг ключей, и показавшийся охранник гаркает:

— Сотникова, на выход!

Послушно иду к двери и, выполняя его указания, направляюсь в показанную сторону.

Когда в коридоре я замечаю Вадима, то не знаю, куда себя деть. Чувствую панику и желание вернуться обратно в камеру, лишь бы не встречаться с осуждающим взглядом его глаз. Но я в безвыходной ситуации, здесь от меня ничего не зависит.

Охранник перекинулся с Вадимом парой предложений, и я неожиданно понимаю, что Вадим внес залог и меня освобождают.

Не могу поверить в услышанное, ведь это означает, что он не чувствует ненависти ко мне – иначе зачем ему это делать?

Поднимаю на него глаза, пытаясь разгадать мотив его поступка.

— Пойдем, – произносит он, хмуро смотря на меня, и поскольку я не двигаюсь, берет за руку и тянет к двери.

Молча доходим до его машины, молча садимся в нее.

— Я слушаю твой рассказ в мельчайших подробностях, начиная с того момента, когда тебе пришло первое эсэмэс и ты отправилась в заброшенный дом.

Тяжело вздыхаю и начинаю честно, с подробностями рассказывать события последних месяцев. Когда я дохожу до того момента, когда увидела у Марины кулон сестры, замечаю, как Вадим сильно бледнеет.

— Твой кулон идентичен тому, что был у Веры?

— Да, родители купили нам их в один день в одном магазине.

Продолжаю повествование о том, что хотела получить дополнительные подтверждения виновности Марины, чтобы оперировать ими в разговоре с Максимом, и описываю фатальные события, случившиеся в заброшенном доме.

Я вижу, как ходят желваки на его лице, как он хмурится, и очень надеюсь, что Вадим поверит моим словам, что, толкая Марину, я просто пыталась освободиться и спасти саму себя, а не хотела, чтобы она погибла.

— Я просил тебя не лезть туда, – мрачно произносит он. – Почему ты никогда никого не слушаешь?

— Она убила мою сестру! – восклицаю я в свое оправдание.

Вадим тяжело вздыхает и говорит: