Книга Ещё ближе, страница 50 – Элена Макнамара

Скажу ему об этом позже…

За спиной робко прокашливаются. Оборачиваюсь и встречаюсь с глазами цвета мёда.

— Я не знала, что должна надеть. Ты не сказал, поедем мы куда-то или нет…

Чувствую себя так, словно мне в горло залили свинец. Дыхательные пути перехватывает, язык не ворочается.

— Так поедем или нет?

— Нет… Или да, – всё-таки выдавливаю из себя, пожирая девушку голодными глазами.

Новый костюм – белые брюки и малиновый пиджак – сидит на ней потрясающе. А блузка с вырезом – это вообще что-то невероятное, чёрт возьми! Все мои фантазии вновь оживают. И я отчётливо вижу, как снимаю этот пиджак с девушки… А чтобы она не сопротивлялась, связываю им её руки.

— Всё привезли? – проигнорировав мой красноречивый взгляд, Соня подходит к столу и разглядывает содержимое боксов.

Мой голос скрипит, как старая ржавая цепь, когда я произношу:

— Да… Садись.

И кто же кого изводит в итоге? Пока что, в основном, она – меня. И явно выигрывает в нашем негласном поединке.

София

— Ты ведь не из бедных, верно? – внезапно спрашивает Громов.

От этого неожиданного вопроса мясо буквально застревает в горле. Прикрыв ладонью рот, прокашливаюсь и медленно сглатываю.

Павел знал, когда именно задать свой вопрос. Ответа и не требуется, моя реакция сделала это за меня.

Тянусь за стаканом воды, делаю глоток. Поднимаю взгляд на Громова, расслабленно улыбаясь.

— Скажем так… Раньше у моей семьи были деньги.

— Раньше? Когда? – босс не сводит с меня испытующего взгляда.

— Когда был жив отец, – уклончиво отвечаю я. – А потом дела пошли намного хуже, и я переехала сюда. Часть заработанных денег отправляю маме.

— Вот, значит, как… – Громов задумчиво скребёт подбородок. – И чем занимался твой отец?

— Бизнесом, – говорю очевидную глупость и тут же хихикаю, изображая ещё большую дурочку. – Знаю-знаю, это не ответ. Просто не хочу развивать эту тему. Мне больно говорить о папе, – последние слова произношу с невольной скорбью и совсем не притворяюсь.

— Да, конечно, извини, – бросает Павел. – И всё же! Насколько плохо сейчас с деньгами? По тебе прекрасно видно, что родилась ты с золотой ложкой во рту. Прямая спина, уверенная манера общения, умение вести себя за столом. Даже то, как ты держишь столовые приборы, – он кивает на мою руку, и я тут же опускаю вилку на стол. – Но при этом вкус к пище ты не потеряла, – задумчиво продолжает босс. – Или изголодалась по этому вкусу. Не знаю…

Словно я чёртов ребус для него! Именно так я себя чувствую.

— Как давно твоего отца нет?

— Шесть лет, – зачем-то говорю правду.

Босс присвистывает.

— Ты в семье единственный ребёнок?

Киваю. И это тоже правда. Но зачем я вообще говорю об этом?!

— Наверняка мама ещё молодая. Неужели не вышла больше замуж?

Громов пристально смотрит мне в лицо, словно осознанно поднял эту тему. Медленно расправляю плечи и отвечаю совершенно спокойно:

— Мама очень любила отца.

Всё! Больше ничего говорить не собираюсь.

Павел кивает, вытирает рот салфеткой и расслабленно откидывается на спинку стула. Правда, продолжает сверлить взглядом моё лицо.

— Ты созваниваешься с матерью?

— Иногда.

— Когда поедешь навестить её?

— На новогодние праздники.

— Вы живёте в доме или в квартире?

— В доме.

— Домашние животные есть?

— Нет.

Шквал вопросов! Просто настоящий допрос!