Книга Ещё ближе, страница 76 – Элена Макнамара

— Это похвально, Павел. Моему бы сыну столько мозгов, как у тебя! Но он у меня такой бездарь.

Ниночка в этот момент словно просыпается от наркотического сна и с вызовом бросает своему папику:

— Женя нормальный! И совсем не бездарь!

Он натянуто посмеивается.

— Да-да, конечно.

И, видимо, чувствительно щипает девицу под столом, потому что на её лице появляется гримаса боли. Правда, Ниночка тут же заискивающе улыбается Парфёнову и льнёт к нему, как кошка во время брачного периода.

Мне хочется побыстрее испариться из этого общества, и я наконец решаюсь это сделать.

— Что ж… Предлагаю закончить на сегодня.

Подзываю официанта. Виктор Харитонович протестующе поднимает руку:

— Будем считать, что я тебя угостил. Отдыхай, Павел. Будем на связи. Завтра утром я немного занят, поэтому встретимся во второй половине дня. Скину тебе адрес.

В другой ситуации я бы возмутился и оплатил счёт сам, но больно уж мне хочется поскорее смыться. Прежде чем уйти, спохватываюсь:

— Мой номер…

— Я взял у Эдика, – отвечает Парфёнов.

— Отлично. Сделайте, пожалуйста, мне дозвон.

Прощаемся. Когда выхожу из ресторана, телефон на короткий миг оживает. Заношу номер Парфёнова в контакты и тороплюсь к лифту.

Бесшумно вхожу в номер. Последнее сообщение от Сони было около двух часов назад. Сейчас почти полночь. Наверняка она уже спит. Подкрадываюсь к кровати и ложусь рядом с девушкой. Она лежит на животе. Щека покоится на подушке, глаза безмятежно закрыты. Половина лица прикрыто вуалью светлых волос. Глубоко и размеренно дышит.

Одеяло немного сползло, оголяя плечи и половину спины. София успела переодеться. На ней майка с тонкими бретельками, а внизу наверняка лосины. Мы вместе покупали этот домашний комплект, я его помню.

Придвигаюсь ближе. Не могу устоять и прикасаюсь к плечу девушки. Её ресницы трепещут, и она открывает глаза.

Хрипло выдыхаю:

— Ты как?

— Лучше, – она мягко улыбается.

Ещё ближе. Убираю волосы с её прекрасного лица. Глажу по ним, спускаюсь вниз, провожу ладонью по спине.

— Я волновался…

— Прости.

— Не извиняйся.

Веду пальцами по её плечу, сдвигая бретельку майки. Глядя в глаза девушки, прижимаюсь к плечу губами. Не встретив сопротивления, веду губами к скуле, целую в уголок рта.

Ну же, Соня! Скажи мне, что я опять слишком тороплюсь.

Но она молчит. Её рука тянется к моей груди. Пальцы скользят по рубашке и неуверенно сжимают ткань.

Она хочет, чтобы я её снял?

София

У меня в душе столько разных чувств, что они просто там не помещаются.

Благодарность.

Потребность.

Влюблённость… Которой вообще не должно быть!

И стыд! Очень много стыда!

Мне пришлось обмануть Павла… Когда приехали в отель, мне стало гораздо лучше. Но я ни в коем случае не должна была попасться Парфёнову на глаза.

А сейчас меня буквально затапливает чувствами к своему боссу. И потребностью в нём.

Сжимаю ткань его рубашки. Сама не знаю, что он должен сделать. Возможно, снять её… Но он не снимает, словно ждёт моего следующего шага. Веду пальцем по пуговицам, расстёгиваю верхнюю, потом следующую. Павел тяжело сглатывает, дёрнув кадыком. А у меня внутренности скручивает от страха и возбуждения одновременно.

Покончив с пуговицами, отодвигаю полы рубашки в стороны, невесомо провожу ладонью по широкой груди Павла. Чувствую, как под рукой сильно и быстро бьётся его сердце. А моё, наверное, сейчас просто выпрыгнет.