Книга Только моя, страница 65 – Кристина Зайцева

— Поверьте, уж ваша дочь в очень хороших руках.

— Я даже ни минуты не сомневаюсь, – качает мама головой. – Я уже Полине сказала, что с Захаром отпущу ее хоть на край света.

Я слишком рассеянная, чтобы реагировать на этот разговор, но привкус от него все равно вызывает изжогу.

Делаю глоток белого вина из бокала, понимая, что находиться за этим столом мне невыносимо. Если раньше подобные ужины были терпимы, потому что были стабильной частью моей жизни, той частью, от которой было никак не убежать, и с ней оставалось просто смириться, то сейчас я вдруг понимаю, что всегда испытывала от этих встреч какое-то отталкивающее чувство, которому не могла придумать ни названия, ни причины.

Сейчас оно окутывает меня, как вата.

Если мое возвращение в привычную жизнь и соприкосновение со стабильными вещами, из которых она состоит, должны были отрезвить, то этого не происходит.

Я не хочу здесь быть. Я наконец-то могу себе в этом сознаться!

Все мое нутро сопротивляется, будто плотину прорвало. Даже фальшивой улыбки выдавить из себя не выходит.

— У Полины с января начинается практика и диплом, насколько я знаю? – интересуется Татьяна Михайловна Токарева.

Поднимаю на нее глаза, но Захар отвечает за меня раньше, наверное, потому что этим вечером я торможу с ответом на любой вопрос:

— Ага.

— Ну, тогда ничего не мешает вам перебраться в столицу вместе…

— Вроде как ничего, – хмыкает он.

У меня получается выдавить из себя фальшивую улыбку.

Повернув голову, я смотрю на расслабленный профиль Захара, пытаясь понять, что чувствую к своему парню.

Захар – стабильность. Мы почти никогда не ссоримся. Я ни разу в жизни не повышала на него голос, он на меня тоже. Представить совместную жизнь легко. В Москве или в другом месте. Как и наши семьи, вместе встречающими Новый год…

Представляю, как Матвеева взбесили бы мои мысли. Просто отлично, ведь злить его – это именно то, что мне сейчас хочется.

Если я выберу его… мне просто необходимо чувствовать, что ради меня он готов наступать на горло своей гордости каждый раз, когда потребуется.

Сегодня делать этого он не собирается.

Это вызывает во мне обиду, от которой внутри все бурлит.

Где он сейчас?

Чем занимается?

Я даже не в курсе его планов на жизнь, но уверена, они у него есть. У него всегда есть план. Всегда…

— Предлагаю тост за перемены, но только за хорошие, – объявляет Владимир Александрович.

Час спустя, сидя на пассажирском сидении «БМВ», я пытаюсь справиться с ремнем безопасности, который дергаю, приходя то в состояние раздражения, то напряжения, потому что, когда Захар занимает водительское кресло, я понимаю, что должна сказать ему то, что репетирую с самого утра.

— Заедем в «Музкафе», – опережает он меня, заводя машину. – Мне нужно с Денисом Фроловым пересечься.

Полина

Всю дорогу до «Музкафе» я пытаюсь не выглядеть деревянной. Эта отсрочка кажется мне то наградой, то наказанием. Я уже не знаю, чего хочу больше, выпалить все разом, ничего не откладывая, или отложить на завтра то, что, черт возьми, лучше не откладывать…

Захар паркует машину, ориентируясь на камеры кругового обзора, а меня снедает внутренняя усталость, будто за этот день я выжгла половину своих нервных клеток, потратив их на проклятую рефлексию, от которой никакой пользы.