Книга Отвоюю её у друга, страница 20 – Евгения Чащина

— Если бы Илья сам к нему не пришёл , он бы вообще не увидел сына больше никогда, - мой голос всё ещё звучит жестко, хотя он, стоящий передо мной на коленях, моментально приглушил весь мой гнев. - Вот так неплохо мы вчера поговорили. Я к психологу на час дня записалась. Потому что мне нужна помощь. Я не хочу его видеть. Не хочу с ним взаимодействовать никак, вообще, он мне неприятен. Ему я вчера это же сказала. Но если он хочет общаться с сыном, родной, мы не можем препятствовать. А если ты ещё раз скажешь, что это не твой ребёнок, и ты права слова не имеешь, - я хватаю его голову и сжимаю, будто сейчас раздавлю. Любя. Такое ляпнуть! Совсем дурак.

Он так жадно смотрит на мои губы, и я знаю что именно предвещает этот взгляд. Тянет меня на себя и сваливает нас на пол. Нависает и хищно улыбается, залезая рукой под юбку.

— Блять, ты знала, что я завожусь, когда ты такая взрывная, - хрипит мне в губы и молниеносно накрывает их страстным поцелуем, - вообще мой мозг не работает, когда ты такая.

— Не время и не место, - качаю головой. - Ты из меня вчера все соки выжал, ненасытное создание, вставай, - смеюсь, пытаясь снять его с себя.

На самом деле меня это всё не веселит совсем. И на приеме у психолога я нормально прорыдалась, когда она подняла пару тем, которые я не хотела поднимать и хотела затолкать так глубоко внутрь себя, что было тошно.

Она сказала, что все мои проблемы от того, что мне не удалось нормально прожить смерть Ильи из-за того, что не было похорон и тела. И что моё сознание по-прежнему возвращается к этой истории, потому что в ней никогда не была поставлена точка. А может она быть поставлена только при условии что Илья вспомнит меня, и мы сможем поговорить и поставить точку. И это вряд ли произойдёт, так что...

Так что мне ничего не оставалось, как взять сына и вернуться домой, придумывая самой, как разгрести сумасшедший дом, в который превратилась моя жизнь после его возвращения.

Илья

Утро было необычным, по крайней мере для меня. Я не  ожидал, что мелкий карапуз, который так безумно на меня похож, умеет путешествовать по комнатам. Алия первой услышала кряхтения мальчишки и сразу же меня разбудила, весело хихикая, видя, как мелкий бутуз пытается забраться к нам на кровать. Пришлось помочь взобраться к нам. А он упертый и настойчивый. Кряхтел, но упрямо дела свое. Как только оказался между мной и женой, стал хлопать меня по груди и щипать волоски. Алька смеялась и пыталась расцеловать мелкого проказника. Он несколько раз улыбнулся жене смешной кривлякой-улыбкой и переключился на меня.

Что я почувствовал? Да просто пялился на него во все глаза и не верил в то, что есть точная копия меня. А если бы не вспомнил парней? Что тогда было бы? Так и прожил жизнь, не зная, что у меня есть прошлое, что в нем есть много клеевых людей. Есть сын, который другого называет отцом. Непростая ситуация. Алия говорила правильные мысли, мы с ней пол-утра проговорили после того, как за Настей захлопнулась дверь. Все правильно. Мальчонка будет расти, будет нас видеть, общаться. Он должен знать, что вот так получилось в жизни. У него два отца.

Разговор в кабинете был странным. Вартан нервничал. Понимаю его. Но я четко ему сказал: на твое не претендую, прекрати ревновать. Он как-то странно улыбнулся, и мне показалось, что он безумно переживает за то, что Настя отдалится от него. Гулпости, у них семья.