Книга После развода. Вот она любовь, окаянная, страница 74 – Элен Блио

— Твоя мама — Фаина Раневская?

— Что? Почему?

— Да, вроде как ей приписывают эту крылатую фразу?

— Моя мама — Елена Прекрасная!

Я потом вспоминала, как он на это отреагировал? Мне показалось, или он выгнул бровь?

Придумывала я это или нет?

Он ведь особенно и не расспрашивал о маме! Нет. Вообще не расспрашивал.

Но когда я сказала про гендер-пати.

Вот тогда Ян точно напрягся.

Сильно.

— Неужели не любишь младенцев? Так их там и не будет. Или беременных не любишь? Ну, моя маман адекватная.

Да, более чем адекватная.

Так сохранила лицо.

Ничем себя не выдала.

А я... я такая дура! Идиотка! Тоже вообще ничего не поняла!

Просто... Клинический случай.

И когда Ян приехал ко мне тем вечером, тоже сначала не сообразила, что он немного не в себе.

— Она меня убьёт, но я должен сам всё тебе сказать. Чёрт... Как это... Я ведь сразу понимал всё.

— Что, ЯН? Что случилось? Кто она? Мама?

Я думала, его мать попросила меня бросить, потому что ей не нравилась разница в возрасте.

А депо было совсем не в разнице.

И не в возрасте.

— Я понимал, что мне не стоит с тобой. Вообще ни с кем не стоит Мне надо было засунуть свою долбанную гордость в одно место. Мама мне всегда об этом говорила.

— Моя... мама?

— Нет. На этот раз моя мама. моя Аида Яновна великая женщина... А твоя... Твоя мама…

Он замолчал.

Глаза прикрыл.

Я еще подумала, что ему плохо.

— Я люблю твою мать, Полин. Люблю давно. Всю жизнь люблю. И всю жизнь я где-то совсем не в том месте.

— Что? Что ты... что ты сказал?

— У нас с твоей мамой были отношения. Нет, не сейчас. Давно. До твоего отца. Я... я её первый, понимаешь? И... и ребенка она ждёт от меня.

— Как… - я, конечно, еще не успела сообразить, у меня словно нарушились нейронные связи, то есть я слышала информацию, понимала, но не успевала переварить. просто... она была. Эта информация. Была информация о том, что у моего, как я считала, мужчины будет ребёнок. От другой женщины. И эта женщина —моя мама. — Как... То есть... вы... А когда? Вы... встречались?

— Нет. То есть... Чёрт. знаешь, это не очень красиво получилось, а звучит вовсе отвратительно. Мы случайно столкнулись, случайно пересеклись, и... и переспали тоже.

— Случайно?

— Почти. То есть... я хотел этого, очень. Она... как мне казалось, тоже хотела. Мы провели ночь, а потом...

— Что потом?

— Потом твоя мама, Елена Прекрасная, меня прекрасно отшила..

— Погоди... Елена Прекрасная... а ты... ты Ян Ужасный?

— Именно.

— Господи... и... ты…

— И я. Вот так.

Как говорит мама — мой шок был в шоке.

Сильно в шоке.

Я понимала, что плачу, но не понимала как. Просто слезы текли. Я не знала, почему.

Я вообще не очень соображала, что происходит.

Просто мужчина, с которым я, кажется, готова была строить какие-то серьёзные отношения оказался той самой неудачной, трагичной первой любовью моей мамы.

Да, да, она как-то о нём рассказывала. Я не то, чтобы хорошо всё запомнила, но какие-то вещи знала.

А еще он оказался отцом моего будущего брата.

И это вообще зашквар…

Боже, как хорошо, что мы с ним не успели переспать.

Как хорошо, и…

И что теперь?

— Малыш, не плачь.

— Почему она тебя отшила? Ты же классный? — голос хрипел, и я его сама не узнавала.

— Я не классный, Полин, я мудак... Гандон, как твоя мама скажет Я... Я должен был не просто бороться за неё. Я должен был взять и... взять. Всё, понимаешь? А я…