Книга Уравнение трёх тел, страница 70 – Анна Есина

Юлька подползает к моим ногам, целует брючину, тут же кладёт тонкие когтистые лапки мне на бёдра, умело двигается к паху.

Отъезжаю в кресле к окну.

— Вали домой. В марте свидимся в ЗАГСе.

— Я не дам тебе развод! — фыркает она и с ненавистью в глазах поднимается с пола.

— Тогда в суде, — подмигиваю и отворачиваюсь к окну, хотя руки так и зудят от желания запустить на ноутбуке любимую программу с оконцами записи с камер и полюбоваться каскадом Ксюхиных волос.

Юлька долго копается. Открывает рот, закрывает, сглатывает обиду. Ублюдочным образом наблюдаю за её стараниями разжечь во мне сострадание. Так и подмывает отметить, что я никого не трахаю из милосердия. Дела обстоят ровно наоборот. Меня клинит на тех, кто самодостаточен по своей природе. Некрасовские стандарты красоты мне ближе современных веяний. Взять хотя бы эти строки:

Остаюсь в одиночестве. Выслушиваю нудные отчёты коллег, собираю заслуженные лавры от московского начальства. Вывожу на экран запись с камеры в торговом зале, и холодок сковывает мышцы в животе. За кассой Ксюхи стоит Пэмээска.

Отключаю микрофон и динамик, вылетаю из кабинета и вопрошаю всего одно слово:

— Где?

— Так швырнула заявление об увольнении и сбежала, — сдаёт коллегу Галина. — Бросила рабочее место прямо посреди смены. Вы уж повлияйте на неё, Артур...

Сбросить групповой звонок не могу. Поэтому сворачиваю конференцию и набираю номер Ксюхи.

«Абонент временно недоступен». Ты ж моя истеричка! Машина у меня всмятку, так что вынимаю из портмоне две пятитысячных купюры — привычка таскать наличность у меня с незапамятных времён, порой попадаешь в такие дыры, где и банкомата нет, — и обращаюсь к очереди из водителей:

— Кто подбросит до улицы Фурзанова?

Дома её нет. Открываю дверь своим ключом и с порога понимаю, что приехал зря. Помчалась ко мне, чтобы забрать вещи? Не поленилась тащиться через весь город в час пик в погоне за пижамой, парой футболок и зубной щёткой?

Пока едем со случайным бомбилой к месту моего временного пребывания, листаю список Ксюхиных друзей на странице ВК. Ищу шатенку с именем Лилия, мою одноклассницу. Дозваниваюсь через приложение без раздумий.

— Смолин, погодь, челюсть с пола подымаю, — заливистым смехом приветствует Лилька. — Какими судьбами, Жиробас?

— Превратными. Ксюха с тобой?

— Нет, я ж на работе, — отвечает вполне искренне. — А почему ты её через меня ищешь?

— Варианта два: либо она отключила телефон, либо внесла меня в чёрный список. Попробуй дозвониться.

— Вау, так у вас всё...

— Лиль, просто позвони сестре.

— Ладушки, повиси.

Тишина душит. Не понимаю до конца причин возникшей паники, но нечто внутри свербит и потрескивает, требуя самых решительных шагов. Самоанализ сейчас не к месту, позже покопаюсь в первоисточнике.

— Она выключила телефон, — уверенно заявляет Лилька.

Ну да, или попросила тебя сказать это мне. Проверить проще пареной репы. Отключаюсь, не попрощавшись, и набираю Ксюхин номер с телефона водителя. Абонент не абонент. Уже кое-что.

Брожу по своей пустой квартире в компании невесёлых мыслей. Раскурочила мою машину, накропала заявление и сбежала. Куда? Снова к родителям? А может...