Книга Эльф для цветочницы, страница 6 – Элейн Торн

На облучке сидел Томас — её помощник, молодой парень лет семнадцати, русоволосый, с ясными голубыми глазами и вечным румянцем на щеках. Одет он был просто, но опрятно: льняная рубаха, жилет из недорогой кожи, сапоги без каблуков. Томас не был слугой в привычном смысле — скорее подмастерьем, учеником, который помогал в лавке и теплице, за скромное жалованье. Он умел обращаться с цветами, знал, когда поливать, а когда подрезать, и был предан Рози той тихой, безотчётной верностью, какая рождается не из страха, а из уважения.

— Госпожа! — Томас спрыгнул с повозки, заметив её. — А я уж думал, вы заночевали у этого проходимца. — Он кивнул в сторону рынка и тут же вытаращился на эльфа. — Ого… Это кто? Эльф искоса взглянул на мальчишку.

— Это наш новый работник Томас. Зови его… я не знаю как его зовут по настоящему, купец обозвал его Снежком.

Томас хотел было спросить, так много вопросов было в голове, но, взглянув на её лицо — усталое, но спокойное, — передумал. Он взял эльфа под локоть (тот не сопротивлялся, но и не помогал) и помог усесться на скамью. Сам вскочил на облучок, взял вожжи.

— Но, Ветка! — крикнул он весело, и повозка мягко покатилась по пыльной дороге.

Рози сидела напротив эльфа, прислонившись к мягкой спинке. Спина всё ещё болела после вчерашних ящиков, но теперь, когда работа перестала быть единственной её заботой, боль казалась не такой острой. Она смотрела на проплывающие улицы и думала о том, как изменится её жизнь с этим молчаливым эльфом. Как теперь работать в лавка и теплице станет намного легче, Томасу не будет доставаться тяжелая работа. Парень сможет сосредоточится на обучении. Рози на мгновение прикрыла глаза и провалилась в сон.

Эльф сидел неподвижно, как изваяние. Белые, пепельные волосы прилипли к щекам, но даже в грязи лицо оставалось прекрасным — тонкие черты, чёткие скулы, ледяные глаза с темным зрачком. Он смотрел в окно, в мелькающие пейзажи. Услышав мерное дыхание, краем глаза посмотрел на девушку, затем отвернулся снова глядя в окно.

Миррадинпроплывал мимо — низкие глинобитные дома с плоскими крышами, лавки торговцев пряностями, женщины в ярких платках, торгующие зеленью. Они въехали на мост через реку, и ветер донёс запах воды и мокрых камней. А за мостом начинался старый город — улица Вересковая.

Здесь было тише, чище, уютнее. Дома стояли плотно, но каждый был выкрашен в свой цвет — охристый, терракотовый, бледно-голубой. Из распахнутых окон доносилась музыка, смех, звон посуды. А в самом конце улицы, под вывеской, которую Рози собственноручно раскрашивала каждый год, виднелась её лавка. Лавка была неброской, но радовала глаз. Фасад — тёплого розового цвета, дверь — ярко-зелёная, как весенняя листва. Большая витрина сияла чистотой, за ним в глиняных и керамических горшках стояли цветы: пышные герани, нежные фиалки, маленькие розовые кустики. Справа от входа висела деревянная вывеска с искусно вырезанным букетом полевых цветов и надписью «Цветы Рози». Слева — скамейка для покупателей, на которой обычно дремал толстый рыжый кот Моррис.

За лавкой угадывалась теплица — стеклянная крыша блестела на солнце, и сквозь мутные стёкла виднелись зелёные силуэты растений. Не огромная, но и не тесная. Там Рози проводила большую часть времени.