Книга Бежать от злодея, страница 31 – Элина Амори

Элемиан внезапно ощутил сожаление и обиду за то, что рожден с прóклятым даром. Если бы не дар, у него была бы хоть крупица материнской любви. «Какой вздор, — ухмыльнулся он про себя, продолжив водить носом по уже влажной от его дыхания нежной коже. — У каждого своя судьба».

— Ваше Превосходительство! — раздался крик снаружи, и он с сожалением отстранился он своего сладкого «зелья». — Нападение! Варвары наступают!

Элемиан отпустил Василису.

— Сиди в палатке, тут безопасно, — сказал он ей, прихватил со стола шлем, снял с крючка оружие и вышел к рыцарям.

Императорские войска как обычно задержались, наверняка боясь оказаться во время битвы близко к генералу. Элемиан выступил вперед со своим отрядом навстречу летящей с холма неистовой толпе. Проскакав пару минут почти на расстояние выстрела стрелы, Элемиан спрыгнул с Бертрана и отдал поводья Ройнону.

Друг кивнул, махнул рукой и крикнул:

— Уходим правее!

По притоптанному снегу лошади двигались быстрее, и скоро отряд удалился на достаточно безопасное расстояние. Элемиан шел один навстречу несущейся на него орде. В темноте трудно было оценить настоящее число противника, только полотно трепыхающихся точек-факелов накрывало холм, да нестройный хор голосов летел впереди варварского войска.

Элемиан остановился, наклонился, зачерпнул пригоршню снега, сжал в руке и отпустил мерно текущую по венам энергию.

— Иди, ненасытная моя, — произнес он, взывая к богине. — Ждет тебя пиршество крови и торжество смерти!

И сила откликнулась, разгорелась, взметнулась, но на этот раз обойдя разум стороной, что очень удивило Элемиана.

Когда Мория овладевала сознанием полностью, сам Элемиан проваливался в пустое белое пространство. Там он находился один, без боли и волнений, там не надо было бесконечно терпеть и причинять кому-то вред. Там он отдыхал. А вот возвращаться и сталкиваться с последствиями буйства Мории приходилось трудно.

Но на поле боя он мог позволить себе отдохнуть от себя самого, поддаться прóклятой силе. Союзники знали, что к нему нельзя подходить ближе, чем на пятьдесят шагов и были осторожны. Хотя не всегда удавалось избежать случайных жертв. А то, что творило тело без его ведома превращалось потом в устрашающие истории, которыми пугали и врагов, и союзников.

Обычно сила отступала внезапно, словно утомленная богиня, истощив накопленную энергию, проваливалась в сон. Элемиан часто обнаруживал себя в гуще врагов и тогда приходилось прорываться в одиночку. Но на этот раз он все видел, осознавал и даже контролировал силу Мории. Энергия, вырывающаяся из тела волнами жуткого холода или синего, точно адского пламени слушалась его воли словно верный скакун. Ему даже удавалось сконцентрировать ее в руках, отчего не раскалялись доспехи или не остывала до ледяной корки одежда.

Попавшиеся на его пути варвары сгорали в считанные секунды до пепла или превращались в ледяные статуи и рассыпались кровавой крошкой. Вот только на этот раз Элемиан сражался сам. Он разгорячился и, испытывая контроль, приблизился к своим. Впервые Элемиан видел, с каким ужасом смотрят на него рыцари во время сражения, как беспокоится Ройнон.

Боевой дух варваров иссяк быстро. Лишившись половины войска, они бросились бежать, а императорские отряды зашли им в тыл, и враги оказались в кольце. Элемиан же на свое удивление вполне спокойно тратил энергию.