Книга Эхо Синтры, страница 73 – Дмитрий Вектор

— Это не было в каталоге, — сказал он. — Книга была спрятана внутри другой, с вырезанными страницами.

Лара подсела к нему. Он открыл книгу. Это была не печатная книга, а рукопись. Мелкий, убористый почерк, выцветшие чернила, множество рисунков и схем. Это были хроники. Хроники Гильдии Вечных.

Они начали читать. И чем глубже они погружались в текст, тем более невероятная и пугающая картина перед ними открывалась.

Гильдия Вечных была не просто союзом художников. Это был древний орден, чьей задачей было изучение и сдерживание «осколков тьмы» — артефактов, подобных тому, что был заперт в сейфе. Они верили, что мир был рождён из борьбы Света и Тьмы, и после великой битвы в начале времён, тьма была разбита на мириады осколков, которые вплавились в материю мира. Большинство из них были инертны. Но некоторые, самые крупные, сохранили в себе частицу первобытного, голодного сознания.

— Камень Вашку — один из них, — прошептала Лара, глядя на рисунок, изображавший идеально гладкий чёрный камень, от которого исходили волны тьмы. Подпись гласила: «Corvus Lapis» — «Вороний Камень».

— Они не могли их уничтожить, — продолжал читать Тьягу. — Материя камней была не из нашего мира. Любая попытка разбить их приводила лишь к высвобождению заключённой в них энергии. Поэтому они разработали другую стратегию. Сдерживание.

На следующих страницах описывались методы Гильдии. Они создавали «сосуды» — людей или целые рода, чья кровь была достаточно сильна, чтобы служить якорем для осколка. Они заключали их в «гробницы» — здания, построенные по особым законам сакральной геометрии, чьи стены были пропитаны «эхом скорби», которое подавляло волю осколка.

— Мой дом, — выдохнул Тьягу. — Моя семья. Мы не были прокляты. Мы были стражниками. Нас использовали.

— Они думали, что делают благо, — мягко сказала Лара. — Они пытались защитить мир.

Они перевернули страницу. И нашли то, что искали. Глава называлась «De Exstinctione» — «Об Уничтожении».

*«…уничтожить Осколок невозможно, но можно изгнать заключённую в нём сущность. Для этого требуется сила, равная по мощи, но противоположная по знаку. Ненависть можно победить лишь абсолютной любовью. Голод — лишь абсолютной жертвой. Существует лишь один способ. Два начала, мужское и женское, Свет и Тень, должны добровольно соединиться в едином ритуале самопожертвования. Один должен стать Сосудом, приняв в себя всю мощь Осколка. Другой должен стать Клинком, пронзив Сосуд артефактом чистого света, тем самым разрывая связь сущности с материальным миром и изгоняя её обратно в небытие…»*.

Ниже был рисунок. Мужчина и женщина, стоящие в центре круга. Мужчина держит в руках чёрный камень, и его тело окутано тьмой. Женщина пронзает его сердце кинжалом, который сияет ослепительным светом.

*«…но цена этого ритуала абсолютна. И Сосуд, и Клинок погибают, их души сгорают в этой вспышке, становясь вечными стражами разрыва в ткани реальности. Это крайняя мера. Путь, с которого нет возврата. Поэтому Гильдия Вечных никогда не прибегала к нему, предпочитая вечное сдерживание мгновенному, но столь же вечному самосожжению…»*.

Тьягу закрыл книгу. В библиотеке повисла тяжёлая, гнетущая тишина. Они нашли способ. Страшный, окончательный, не оставляющий надежды.

— Самоубийство вдвоём, — глухо сказала Лара.