Книга Собственность короля, страница 26 – Лана Кроу

Родители не спрашивали меня о моих желаниях, но даже если бы и спросили, я бы одобрила их выбор.

Моя жизнь была пресной и стала мне в тягость, натягивать улыбку на лицо становилось все сложнее.

Я пыталась ссылаться на головную боль, чтобы не присутствовать на званых ужинах. Родителям это не нравилось, и я всей кожей почувствовала их разочарование на себе.

Одним таким вечером мать пришла ко мне в комнату, чтобы расчесать мне волосы. Она всегда так делала, когда хотела поговорить.

В этот раз ее движения были резкими, и я чувствовала, как жесткие прутья царапают голову.

Мать была зла, и я терпела.

— Ты позоришь наш род, Аннет.

— Я просто себя плохо чувствую, — оправдывалась я, когда мать жестко провела расчёской.

— Это неважно, — продолжала она, — думаешь, мне легко носить корсеты? Но я терплю ради нас, и ты должна терпеть.

Боль от расчески становилась невыносимой, и я почувствовала, как из глаз пошли слезы.

— Что это? — мать провела рукой по щеке. — Не будь слабой, Аннет. Это позволительно низшим, а мы, как боги, идеальны. Поняла меня?

Я стиснула зубы, чтобы как можно спокойнее ответить:

— Да.

— Прекрасно.

Мама положила расческу на стол, и я посмотрела, как по серебристым прутикам растекается моя кровь.

— Как только кровь на голове запечётся, прикажешь слугам помыть голову. Сладких снов, моя леди.

Этот урок я усвоила хорошо. Перечить матери не стоит, лучше играть по ее правилам.

Я бы никогда не пошла против нее и отца, я была слишком слабой, одинокой. До моей свадьбы оставалась пара месяцев, когда мой учитель искусства заболел.

Замена нужна была срочно, и мать нашла его.

Должно быть, она рассчитывала получить Нортона в любовники, по-другому обосновать этот выбор я не могу.

Красив от кончиков волос до кончиков ногтей, с репутацией ловеласа. Но прекрасный художник.

Мать вилась вокруг него, не отходя ни на минуту. Нортон половину урока посвящал разговорам с матерью, что раздражало меня. Он лишь изредка обращался ко мне, делая замечание, что я не чувствую цвет или неправильно накладываю тени.

Вскоре интерес супруги заметил и отец. Интрижки на стороне — дело обычное, но сейчас, когда нужно было готовить мою свадьбу, каждая минута матери была расписана, и однажды, выразив благодарность моему учителю, она сказала, что больше не сможет появляться на наших уроках.

Я вздохнула с облегчением.

— Смиритесь, у вас нет таланта, — сказал он, когда рассматривал мои полотна.

Я всегда обладала вспыльчивым нравом, но сдерживала его при матушке. Собой можно быть, только когда ты одна, а при родителях только послушной девочкой.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍— Так же, как и у вас совести! — ответила я.

Серые глаза зажглись интересом, и он улыбнулся.

— Разве леди не должна быть учтивой?

— Разве вы не должны делать мне комплименты, за те деньги, что вам платят? — дала отпор я.

Мне хватает тех, кто знает, что я должна, а чего — нет.

— Хотите, я дам вам ценный урок, леди, бесплатно?

Я сидела на стуле, и он подошел близко, нежно приподнимая мой подбородок и заставляя смотреть в глаза.

— Оставьте свои советы влюбленным в вас дурочкам, — строго сказала я, встав и освободившись от его руки.

Его прикосновения разозлили меня, ведь между нами словно прошлась маленькая молния, от которой побежали мурашки по моей коже.