Книга Легенда о северной чародейке, страница 2 – Полина Атлант

Хам хотел взять меня за предплечье, но я дернулась и не дала себя трогать. Потом от их толстых пальцев синяки будут как после побоев. Я пошла за постовыми, и они завели меня за стену к дому командира. Крепкий рослый мужик стоял раздетый до пояса возле ведра с водой и делал зарядку.

— Вальди, тут эта девка говорит, что она дочь господина, — постовой грубо толкнул меня в спину, и я залезла сапожками в грязь.

— Где вы ее нашли? — командир тоже осмотрел меня и почесал бороду.

— Я сама пришла, — ответила вместо идиотов.

Вальди постоял немного, подумал, накинул рубаху и сказал:

— Пошли, посмотрим, говоришь ли правду. Только знай, если соврала, тебя ждут неприятности. Наша госпожа не терпит подобного.

— Ваша госпожа — это кто? — удивилась я.

— Госпожа Унн.

Должно быть, отец женился, когда я уже была в академии. Хотя я помню, как сильно он скорбел после смерти мамы. Тем более, что и долгожданного сына потерял.

Вальди повел меня к чертогу, где мы раньше жили вместе с прислугой и дружиной отца. Родной дом из бревен и прутьев с толстыми изогнутыми стенами заметно удлинился. Вдоль фундамента стояли резные ящики, в которых росли кухонные травы, крапива, дикий щавель, перечник и марь.

Из моих воспоминаний остались старые двухстворчатые двери с железными заклепками и висящий над входом крупный череп лошади.

К главному дому был пристроен второй — высокий, украшенный резьбой, с отдельным входом. Должно быть, это чертог, где спят женщины. Позади него виднелся фруктовый сад. В тени плодоносных яблонь стояла дощатая беседка с лавками, где я любила в детстве сидеть с мамой. Сбоку от длинного дома находился старый Медовый Зал, на котором обновили лишь кровлю из камыша.

Мы вошли в длинный дом. Внутри увидела только прислугу, которая возилась с растопкой очага. Я присела рядом на лавку. Было тепло, так что меня развезло, пока Вальди ходил за отцом.

— Эйдис! — услышала я сквозь дремоту.

Быстро вскочила и, увидев отца, в первый момент застыла, как истукан. По щекам потекли слезы радости. Он немного постарел. Когда-то длинные светлые волосы, что с гордостью носил распущенными, теперь были короткими и заплетены в косички. Загорелое лицо в морщинах от солнца и ветра, грозно нахмуренные брови. И все тот же, как прежде, строгий взгляд и пронзительные темно-голубые глаза. Отец был одет в жилетку из волчьей шкуры и длинные, зауженные книзу штаны из мягкой кожи.

Я хотела кинуться к отцу в объятия, но Вальди не дал.

— Спокойно!

— Все нормально, это моя дочь, — сказал отец и крепко прижал меня к груди.

— Я боялась, что ты меня не узнаешь, — растаяв в его крепких объятиях, заплакала и закрыла глаза.

— Что за глупости, как я могу не узнать родную дочь? — прошептал он и крепко поцеловал меня в лоб. Отстранившись, он рассмотрел мое лицо и улыбнулся. — Красавица, похожа на Арнуру.

Помню, как в детстве говорили, что я похожа на маму. Высокая смуглая брюнетка с темно-каштановым отливом в волосах. С большими серыми глазами, как озёра нашего края, обрамленными густыми черными ресницами, и полными длинными губами.

Отец обнял меня за плечи и подвел к столу. Женщина занесла и поставила на него широкую тарелку со свежеиспечёнными лепёшками и вареными яйцами.

Волнение начало проходить, и от голода в моем животе громко заурчало.