Книга Легенда о северной чародейке, страница 38 – Полина Атлант

Я медленно открыла дверь храма и заглянула туда. Возле алтаря со статуями богинь стояла одна прислужница. С узкого потолка на кованой цепи свисала большая глиняная лампада, освещая полукруглое узкое помещение. Головы богинь были украшены разными венками из веток и соломы, на шеях висели плетеные бусы из цветов. Строгие и одновременно милостивые взгляды богинь притягивали к себе, и, мне казалось, они словно перешептывались.

Прислужница возилась у алтаря, низкого, грубо вытесанного дольмена. В руках у нее был маленький кувшинчик, она чем-то ароматным поливала в алтарной бронзовой чаше плоды осени и бормотала про себя ритуальную молитву. По запаху жидкость напоминала медный эль с примесью горячего козьего молока, и я уловила тонкую нотку лесного ореха.

Внезапно прислужница повернулась, испугав меня своим неординарным видом. Я застыла на месте. Она была седая, одетая в длинную льняную рубаху до пола. Ее пронзительные зеленые глаза и губы были намазаны сурьмой. На голове у нее был повязан красный расшитый ободок с сильным руническим заклятьем.

— Добро пожаловать, Эйдис, дочь Эрлендора Драгоценного и Арнуры Чернокрылой! — прислужница посмотрела на меня и, улыбнувшись, сложила вперед руки. — Мы уже заждались тебя!

— Мы? — едва слышно произнесла я, все еще не способная оторвать взгляд от постаревшего лица прислужницы.

— Лично я и крылатый посланник богинь, — ответила прислужница, и я поняла, что она говорит о вороне.

— Так твой фамильяр специально следил за мной, чтобы привести сюда?

— Ворон — служитель храма. На рассвете его не станет, он закончил свою миссию, — прислужница продолжала улыбаться.

— И вот я наконец-то тут!

— Я ждала тебя в первый день прибытия, и, надеюсь, еще не поздно, — сказала прислужница, медленно развернулась, подошла к стене с полочками-ячейками и начала искать что-то среди лежащих там вещей.

— Не поздно для чего? — я тяжело вздохнула, как же я не любила, когда люди говорят загадками. В академии такие прислужницы были.

— Ты начала проходить магические испытания, чтобы стать чародейкой, и для этого тебе необходима одна важная вещь. И она у меня, — она достала из ячейки шкатулочку из резного темного дерева с бордовым оттенком и большим янтарным камнем на полуовальной крышечке.

Я затаила дыхание, мне едва верилось, что я вижу эту вещь. На глаза навернулись слезы.

— Мамина шкатулочка…

— Ты еще очень молода и неопытна, но все же отнесись серьезнее к знакам, они играют огромную роль в твоей судьбе, — прислужница протянула мне шкатулку.

— Я надеюсь, ты простишь меня за то, что я раньше не пришла, — я сделала поклон перед прислужницей и взяла у нее свое наследство.

— Рано или поздно ты бы пришла. На все воля богов, и предназначенной судьбы не избежать, — прислужница сложила руки, засунув их в рукава рубахи с расшитыми красными нитями манжетами.

— Один вопрос. Ты назвала мою маму Чернокрылой. Это ведь не имя ее отца и дедов.

— В своем родном краю твоя мать была чародейкой, известной как Чернокрылая. Пока она не вышла за твоего отца и у нее не началась другая судьба.

— Спасибо! Значит, будет правильнее, если я уеду отсюда в ее родной край, — размышляла я, проводя пальцами по искусной резьбе.

— Ты не уедешь, а вернешься в родные земли своих предков. Твоя мать носила тебя под сердцем, когда прибыла в Нидельхейм и вышла замуж. Твои родители зачали тебя на берегу Стального моря, в ночь священной луны, получив благословение самой влиятельной богини любви, — прислужница гордо подняла голову.