Книга Таль 8. Остаться собой, страница 181 – Наталья Анатольевна Егорова

— Да, только что. Извини, я же не знала, что ты придешь. Тэль, со мной какой-то кошмар все это время творился, я даже не знаю, как это описать. Как будто мы стали совсем чужими, но притворяемся, что вместе. И мне от этого было больно, а притворяться противно, и я не знала, что мне делать.

— А сейчас?

— Сейчас все как раньше. Это так хорошо, что я даже словами передать не могу! Что же со мной было?

— Есть у меня одно подозрение, — задумчиво произнес эльф. — Давай ты сначала успокоишься, а потом, когда я скажу, прислушаешься к своим ощущениям. Хорошо?

— Да, конечно. Мне, наверное, стоит помедитировать немного тогда, а ты поесть успеешь.

Тэль согласно кивнул и вышел, оставив меня одну. Я уселась в кресло ученика и, сосредоточившись на дыхании, постаралась унять бурю эмоций, разразившуюся внутри. Справляться с радостью оказалось не в пример легче, чем с тем ядовитым клубком, что терзал меня последние две декады. Когда жених вернулся, поужинав, я уже обрела душевное равновесие и готова была следовать его указаниям.

— Хорошо, теперь закрой глаза, прислушайся к себе и постарайся максимально точно описать словами то, что почувствуешь, — велел Тэль.

Поначалу ничего не происходило, и лишь тихая радость от того, что у нас с ним снова все хорошо, продолжала заполнять меня. Потом я почувствовала что-то странное. Оно было плохим, каким-то грязным, мерзким. Я пыталась описать что чувствую, слыша, как сбивается дыхание, речь становится нервной, отрывистой, и вдруг все пропало еще более неожиданно, чем появилось, оставив лишь неприятный шлейф, как будто разводы от грязной тряпки на чистом белом полу.

— Все, уже все, — эльф потянул меня за руку, поднимая из кресла, опустился в него сам, а меня посадил на колени и обнял. — Прости, но мне нужна была яркая контрастная эмоция, чтобы быть уверенным в результате.

— И что это было?

— Омерзение.

— Да, похоже, — согласилась я. — Но как ты заставил меня его испытать?

— Я не заставлял тебя. Просто спровоцировал у себя, а ты почувствовала ее через меня.

— Это потому, что ты эмпат?

— Возможно, это сказывается на силе твоего восприятия, но дело не во мне. У тебя тоже просыпается эмпатия.

Я недоверчиво посмотрела на Тэля.

— А при чем тут эмпатия и то, что мне казалось, будто мы теперь чужие друг другу?

— Дело в том, что между нами с самого начала установилась сильная эмоциональная связь, я бы даже сказал эмоциональная близость, по которой я, видимо, и выбрался из ловушки собственного сознания, реализованной магической реальностью. Именно из-за этого в начале я боялся тебя потерять.

— А теперь не боишься?

— Боюсь, — признался эльф, — но не из-за этого. Мне больше не грозит сумасшествие, но с тобой я обрел ту гармонию, которую не чувствовал ни с кем другим. Ту, которую мы потеряли из-за меня перед праздником сердца зимы.

— Все-таки из-за тебя?

— Да. Но я не думал, что так получится, не представлял, что сделаю тебе настолько больно. Я ведь тоже когда-то в молодости проходил через все это и теперь понимаю как тебе сейчас непросто. Когда в парке я увидел Анли, это всколыхнуло давно забытые боль и надежду, но я не мог позволить себе погрузиться в них, ведь мы должны были продолжать участвовать в мероприятиях. Пришлось загнать их глубоко внутрь, подавляя отстраненностью. Поскольку внешне я продолжал вести себя как обычно, а ощущать меня ты стала иначе, то почувствовала диссонанс, который вызвал беспокойство.