Книга Таль 8. Остаться собой, страница 65 – Наталья Анатольевна Егорова

Когда шагала в портал с остальными магами, я даже представить не могла в какой ад нам предстоит попасть.

Над городом стоял смрад. Тут и там к небу поднимались столбы черного дыма. Больше ничего видно поначалу не было, поскольку выход из телепорта окружали практически сплошной стеной большие палатки. У входа в каждую из них стоял гвардеец, а возле телепорта, огороженного защитным экраном, толпились несколько десятков молодых мужчин и женщин. У некоторых были видны небольшие красно-коричневые пятна на открытых участках кожи. На лицах читались страх и надежда. Пока пробирались к охраняемому узкому проходу между палатками, из одной из них вышел, присоединяясь к стоящим, еще один молодой мужчина. Эти люди уже побывали в руках врачей и ждали начала обратной переброски.

Снаружи все было хуже. Гвардейцам оцепления с трудом удавалось сдерживать обезумевшую толпу. Люди кричали, плакали, бранились, умоляли, пытаясь прорваться к палаткам сами или протягивая на воздетых руках покрытых кровоточащими язвами детей.

Некоторые были просто в ужасном состоянии. Почерневшая плоть имела крайне неприятный осклизлый вид и местами отваливалась. Прямо зомби-апокалипсис какой-то.

Тошнота накатила так быстро и сильно, что я едва успела зажать рот рукой. Удержать завтрак внутри все же удалось, но хоть время уже близилось к обеду, о еде даже думать не хотелось. И это несмотря на почти пустой резерв. Идущие рядом маги тоже заметно побледнели.

Вышедший из ближайшей к нам палатки эльф зацепился за меня взглядом и, нахмурившись, остановился.

— Будущая владычица? Что вы здесь делаете?

— Видимо, то же что и вы — помогаю спасать людей.

— На вас благословение есть?

— Конечно. Без него сюда никого не пускали.

— Хорошо. Вы уже где-то задействованы?

— Еще нет, но…

— Тогда идите к оцеплению и выбирайте наименее зараженных в возрасте от восемнадцати до тридцати лет. Как только у любой из палаток на этой стороне откидывается полог, ведите туда. Я сейчас врачей предупрежу.

— Погодите! Почему не самых больных? Почему только этот возраст? И мне у них что документы спрашивать какие-то?

— Наиболее жизнеспособные, — пояснил он и очень тихо добавил: — Всех спасти не удастся. Возраст определять визуально.

— Но там же дети…

Эльф пристально посмотрел на меня и тяжело вздохнул.

— Идите. Мы сами.

И столько обреченной усталости было в его голосе, что я вдруг осознала, что от моего мнения тут ничего не зависит, и нужно просто выполнять то, что говорят врачи, чтобы хоть как-то помочь. Они делают все что могут, и для них это такой же тяжелый выбор.

— Я справлюсь. Просто пока еще в шоке от всего это. Наименее зараженные от восемнадцати до тридцати, я поняла.

Первого пациента мы выбирали вместе. Помимо явных признаков в виде язв или гангрены имелись и менее заметные, такие как побелевшие ногтевые пластины и лопнувшие капилляры в глазах. Эльф забрал парня лет девятнадцати, мне показав на цепляющуюся за него девушку примерно того же возраста. Язв у них еще не было, но на коже уже появились небольшие красные пятнышки.

Разглядеть кого-то в этой толпе дальше второго ряда было практически невозможно, и я решила подойти к проблеме с другой стороны, просто перелетев через толпу и на летунце перенеся к палаткам найденных там двух относительно здоровых женщин.