Книга Альфа. Порочный плен, страница 46 – Ника Горская

— Аккуратнее с выражениями. — на дне его глаз замечаю слишком характерные всполохи.

О, нет…

— Это твоё второе полнолуние в моей стае. Первое ты провалила, если помнишь.

Прикрываю глаза, отказываясь признавать его правоту.

— Твоя реакция на меня ещё тогда удивила, но я не придал этому значения. К сожалению.

Проклятье!

— Теперь ты всё знаешь. — снова смотрю на него. — И должен уйти.

Астахов молчит, но ему и не нужно ничего говорить, потому что я уже всё вижу в его взгляде.

Альфа не откажется от такой как я.

Он видит в этом собственную выгоду.

О которой я даже думать не хочу.

— Пожалуйста. — прошу его, наступая на горло собственной гордости. — Уйди…

Вместо этого Альфа сокращает между нами расстояние. Я тут же отступаю назад, но он не позволяет мне сбежать. Чувствую грубый захват на предплечье, молниеносный рывок вперёд и грубый толчок в стену.

Собирая волю в кулак, фокусирую на нём взгляд и понимаю, что смотрю в глаза зверя…

Огромный, сильный, беспощадный.

— Не… не надо… — беззвучно шевелю губами, уже понимая, что сегодня он меня не отпустит.

Он дышит часто, глубоко, я же не могу сделать ни вдоха.

Мой разум парализован паникой и животным ужасом, потому что я осознаю… что начинаю реагировать на него.

Нужно абстрагироваться, чтобы не сойти с ума от мыслей о том, к чему всё это ведёт.

Вжимаюсь спиной в стену так, что кожей ощущаю каждую неровность на её поверхности. Хватаю воздух небольшими дозами, но его запах всё равно проникает в меня, заполняя до краёв.

От Астахова сейчас исходит такая энергетика, от которой легко можно сгореть. В пепел.

В его глазах не просто пламя, там бушует похоть.

Наше дыхание становится чаще, тяжелее.

Мне жарко.

Горячо.

Ощущения в теле так сильно контрастируют с тем сопротивлением что сейчас творится у меня в голове, что от отчаяния хочется биться в истерике.

Ненавижу в себе ген омеги с момента его проявления.

Ненавижу своего отца, справедливо считая, что именно его кровь — причина всех моих бед.

Ненавижу обстоятельства, из-за которых я была вынуждена прийти в стаю Астахова.

И ненавижу его самого.

За то, что он сейчас здесь.

За то, что он так близко.

И за то, что… хочу его… до болезненной ломоты во всём теле…

Демид

Смотрю в глаза Полины и борюсь с собой, точнее с неуёмным желанием её наказать.

За то что я сейчас здесь, с ней.

Вместо того чтобы быть со своей стаей в ночь, когда все мы становимся уязвимыми, когда инстинкты оборотня берут верх над человеком.

Её зрачки расширены от страха, дыхание сбивчивое.

Зверь внутри торжествует от близости желанной самки.

Меня же кроет от противоречий.

Полина полна загадок, разгадку которых к херам я слал.

Зачем мне это?

Самым правильным сейчас будет отослать её куда-нибудь, желательно подальше. С самыми отвратительными рекомендациями, чтобы ни в одну стаю больше сунуться не смогла.

Но, сука, внутри всё противиться этому.

Списываю всё на сиюминутную похоть, которую она во мне будит.

Омега…

Кто бы мог подумать.

До недавнего времени я думал, что это по большей части миф, придуманный для контраста.

Каково же было моё удивление, когда я получил результат химико-токсикологического исследования тех загадочных таблеток, которые мне принесла прислуга, наводившая порядок в её комнате.

Уже тогда я понял, что нахожусь в шаге от обнародования тайны Полины.