Книга Альфа. Порочный плен, страница 89 – Ника Горская

Жаль, что зачастую правда открывается нам через боль и разочарование. Что нужно обжечься, чтобы понять, что огонь — это опасно. И Ладе, боюсь, скоро придётся познать эту истину на собственном опыте.

— Главное ты в него не влюбляйся. — даю непрошенное наставление.

— Ой, и не думала. — слишком быстро отвечает Лада.

Врёт.

Но я не настаиваю.

Мне бы со своей жизнью разобраться.

— Ладно, Поль, я пойду.

— Удачи.

Лада уходит, а я присаживаюсь на диван и прикрыв глаза пытаюсь морально настроиться, подготовить себя к прямым обязанностям.

Быть развлечением, эдаким инструментом достижения позитивного настроения для мужчин этого заведения, унизительно. Но лучше так чем продавать своё тело.

А ведь изначально именно это мне и предстояло…

От мыслей что это сделал со мной тот, кого я любила начинает привычно горчить на языке.

Знаю, что виновата перед ним и заслужила наказания. Но точно не такого.

Лучше бы убил, правда, чем отдал на потеху другим.

Первые несколько дней я как дура ждала и верила, что он отменит отданный в порыве злости приказ. Что таким образом он просто хотел запугать.

Осознала всю жестокость своей новой реальности, когда задыхалась от слёз и ужаса под пьяным уродом, который с явным намерением, насильно уволок меня в темный коридор. Не знаю, что во мне увидел Павел, директор «Сумрака», но если бы он тогда не пришел мне на помощь…

Уверенна что это Паша прислал тогда одного из верзил охраны клуба, который избавил меня от несостоявшегося насильника.

С того дня я запретила себе думать об Астахове.

Хотя это сложно.

Очень.

Особенно ночью...

Демид вероломно врывается в мои сны, заставляя снова и снова проживать то короткое время, что мы были вместе.

А утром я его жутко ненавижу и проклинаю тот день, когда мы сблизились. Проклинаю Романа, за то, что вынудил меня заявиться в стаю Астахова. Проклинаю себя за любовь к тому, кто этого не стоит.

От этих мыслей привычно хочется плакать и к горлу подкатывает ком.

Осознавая, что снова загоняюсь, встаю с места и подхожу к зеркалу.

Пошёл он к чёрту.

Ни слезинки больше не пролью по этому безжалостному чудовищу.

Приблизив лицо к зеркалу, подушечками пальцев слегка провожу по нижним векам, поправляя и так идеальный макияж.

Да, «боевой раскрас» теперь часть моего ежевечернего образа.

Отыскиваю в лежащей рядом косметичке блеск и обновляю его на своих губах.

Идеально.

Отхожу чуть дальше и оцениваю весь образ целиком.

Поправляю распущенные волосы, сожалея что они не настолько длинные чтобы максимально закрыть мои голые плечи и глубокое декольте. Хотя мне грех жаловаться. Моё платье — верх невинности, по сравнению с тем, как одеты другие девушки, занимающиеся тем же.

Но это в сравнении, а по факту, как ни крути, платье слишком откровенное.

Красный атлас облегает моё тело словно вторая кожа. Да и грудь практически выставлена напоказ.

Обреченно вздыхаю, натягиваю на лицо улыбку и покидаю гримёрку.

В основной зал выхожу уже взяв под контроль все свои чувства.

Выверенной походкой приближаюсь к барной стойке.

— Привет. — здороваюсь с барменом Севой. — Как обстановка?

Стандартный вопрос.

Я должна понимать скрытые нюансы вечера, о которых никто не знает лучше наблюдательного Всеволода.

— Привет, Полина. — парень как всегда искренне улыбается. — Сегодня спокойно.