Книга Сто шагов к вечности. Книга 1, страница 136 – Наталья Горячева

— Спасибо, бабуль, мы с удовольствием поедим твоих блинчиков, — ответила я.

Довольная бабуля суетилась на кухне, то, подливая нам чай, то подставляла поближе блюдце с вареньем.

— Спасибо, Мария Михайловна, блинчики у вас очень вкусные, просто пальчики оближешь, — нахваливал её Эмиль.

Когда блины были съедены, а вещи собраны, мы присели на кухне.

— Наташенька, внученька, так тяжело с тобой прощаться, — запричитала бабуля. — Ты хоть приедешь на следующее лето ко мне? Если конечно я доживу, — она краем передника вытерла набежавшую слезу.

Я обняла её за плечи.

— Ба, конечно приеду. И не вздумай умирать, ты ещё должна правнуков дождаться, — пыталась приободрить её я.

Она улыбнулась.

— Будьте с Эмилем счастливы, я вижу, как вы любите, друг друга, — и она опять начала вытирать глаза.

— Но-но, не плакать, ба.

— Нам пора, а то опоздаем на поезд, — сказал Эмиль.

Мы с бабушкой ещё постояли на крыльце, обнимая друг друга.

— Береги вас Бог, дети, — сказала она и осенила крестным знамением, когда мы с Эмилем направились к калитке.

Я махала ей рукой, пока машина не скрылась за лесом. Тяжело прощаться с любимыми людьми. Я смотрела в окно, как удаляются от меня дома моей родной деревни. «Я ещё приеду сюда, обязательно приеду» — дала я себе клятву.

На вокзале Эмиль купил мне билет, и мы присели за зданием вокзала на скамейку, до поезда оставалось полчаса.

— Эмиль, это же не конец? — спросила я с надеждой.

Он вздохнул.

— Не знаю, милая, не хочу тебя обнадёживать, но я сделаю всё, что в моих силах.

— Я не смогу без тебя жить, Эмиль. Возвращайся, пожалуйста, ко мне, — я с мольбой смотрела на него.

Он обнял и прижал меня к себе.

— Я тоже не смогу без тебя жить, любовь моя, я очень сильно люблю тебя.

Что ещё можно было сказать в данный момент, всё, что мы хотели сказать друг другу, давно было сказано, и мы сидели молча, прижавшись, друг к другу. Вдали послышался гудок поезда, и я вздрогнула, схватив Эмиля за руку.

— Эмиль, я верю тебе, ты вернёшься.

Он взял мою сумку и встал.

— Пошли, поезд подходит.

Он занёс мою сумку в купе, и вышел на улицу, до отправления поезда осталось десять минут. Меня охватила паника, и слёзы брызнули из моих глаз.

— Эмиль, милый, помни меня, и никогда не забывай, верь, я люблю тебя больше жизни.

Он взял моё лицо в свои руки и стал целовать мои губы, лоб, глаза, щёки. В его глазах появился металлический оттенок, и по его щеке потекла слеза. Он смахнул её.

— Иди, а то поезд уйдёт без тебя. Я тебе позвоню завтра, когда ты приедешь домой.

— Эмиль, нет, я не хочу... - мой голос утонул в гудке локомотива.

Он последний раз поцеловал меня в губы и, развернувшись, зашагал к зданию вокзала.

— Эмиль! Эмиль! — закричала я, но он не обернулся.

Чьи-то руки схватили меня и затащили в тамбур, поезд тронулся. Я вспомнила его слова, которые он мне когда-то сказал: «Я лель, а ты моя снегурочка».

Да, конечно, ты лель, а я твоя снегурочка. У этой сказки был плохой конец. История повторилась. Поезд увозил меня от моей любви, от моей сказки, от моей мечты. Последний раз я увидела, как за поворотом мелькнул его автомобиль.

— Я люблю тебя, Эмиль, — прошептала я.