Книга Сто шагов к вечности. Книга 2, страница 53 – Наталья Горячева

После минутной паузы она сказала:

— Я так надеялась, что время вылечит твоё разбитое сердце, но я ошиблась, ты такая же однолюбка, как и я.

Мы стояли, обнявшись посреди комнаты, и плакали, наконец-то мама стала меня понимать. После этого, она перестала упоминать Вадима Белова, чему я была очень рада.

Два раза в неделю, а это суббота и воскресенье, мне звонили, или связывались по скайпу мои друзья, Володя с Костей. Чаще всего, они связывались со мной по отдельности, не желая делить моего общения с другом. Несколько недель спустя, после того как я уехала домой, я стала замечать за собой, что я с нетерпением жду их звонков, пытаясь, скорее всего, заполнить пустоту в сердце, которая осталась после Эмиля. Моё настроение улучшалось, когда кто-нибудь из них звонил мне, но это всего лишь была дружба, которая не могла заменить мне нашу любовь с Эмилем. И пусть эта дружба была хорошая и крепкая, но дружба, с ребятами, которых я уважала и любила как братьев, от чистого сердца.

Всё шло своим чередом, пока не грянул гром! Возвращаясь, как-то с тренировки домой, я встретила соседку по лестничной площадке.

— Здравствуйте, Марина Владимировна, — поздоровалась я.

— Здравствуй, Наташа. Соболезную вашей семье, — сказала она, быстро пройдя мимо меня.

— Что...? — удивлённо посмотрела ей вслед. «Что она имела в виду?»

Открыв ключом дверь, я вошла в квартиру, и сразу почувствовала гнетущую тишину в доме, хотя точно знала, что родители дома. Заглянув в кухню, увидела родителей, они сидели за кухонным столом и о чём-то тихо разговаривали.

— Привет! А чего у нас так тихо? — посмотрела на папу, а потом на маму. Мама закрыла лицо руками и заплакала.

— Мама, что случилось, почему ты плачешь?! — поспешила я к ней.

— Наташа, доча, беда у нас, — не своим голосом произнёс папа, лицо у него было расстроенным.

— Папа, что за беда?! — в висках застучало от неприятного предчувствия.

— Бабушка умерла сегодня, соседка позвонила, — сдавленно произнёс он.

Я отшатнулась от стола, слова застряли в горле.

— Как… как умерла?

Отец встал и обнял меня.

— Второй инсульт, и очень обширный, её не успели даже до больницы довести, в «скорой» скончалась.

Я уткнулась отцу в плечо и рыдания сотрясли моё тело:

— Не верю!!! Не верю!!! — кричала я.

Отец усадил меня рядом с мамой, что-то накапал в стакан с водой и протянул мне:

— На, выпей, успокойся.

Я залпом осушила стакан. Моё «я», отказывалось принимать такую информацию.

— Завтра утром мы выезжаем в Карелию, хоронить бабушку, возьмите себя в руки, — посмотрел он на нас с мамой, и ушёл в комнату. Отцу тоже было нелегко, но он как мужчина, не мог себе позволить таких бурных эмоций, как мы с мамой, но я знала — он плачет, он ушёл в комнату, чтобы мы с мамой не видели его слёз.

Всю ночь мы просидели на кухне, спать никто не хотел, мы обсуждали предстоящие похороны. Под утро, собрав необходимые вещи, мы выехали, предполагая прибыть в Куликово к вечеру.

Почти всю дорогу я молчала, а родители иногда перешёптывались, планируя дальнейшие действия. Машина мчалась мимо лесов и полей, покрытых снегом. Через десять дней должен наступить Новый год, но нам уже было не до праздника. Отец с мамой, по пути в Карелию, позвонили на работу и им дали по три дня отпуска на похороны. Отец позаботился и обо мне, позвонив в мой колледж. Там не стали задавать лишних вопросов, сказав, что я могу вернуться к учёбе после зимних каникул.