Книга Лекарка из другого мира, страница 58 – Ольга Кобзева

Я бы и хотела возразить, но здравый смысл возобладал. Крови я потеряла довольно много. Осколок большой, засел глубоко, мне кажется, артерии не задеты, ведь пульсации нет, да и я бы уже потеряла сознание, будь это так. Значит, венозное. Но очень уж обильное.

Жозеуст шагал размашисто, мой вес ему будто и вовсе не доставлял дискомфорта. Северный вход — тот, которым пользуются слуги, перед ним большое пустое пространство. Пока шли, по дороге встретили немало людей, отшатывающихся при виде своего хозяина с мной на руках. Кровь уже пропитала рубашку и теперь капала на пол, но беспокойство о Малыше перевешивало все. Не позволю надеть на него это адское приспособление! Раз уж Жозеуст по какой-то причине так мне благоволит, буду этим пользоваться. Решено!

Стоило нам выйти наружу, я услышала рев Малыша. Мой друг рвался ко мне. Как бы Артарон ни пытался его сдержать, это было не в его силах. Жозеуст даже собирался защитить меня от несущегося гэрха, встал передо мной, широко расставив ноги и формируя перед нами огненную стену. Только я не боялась своего друга, не боялась Малыша.

Несмотря на слабость, обогнула Жозеуста, показываясь несущемуся ящеру. Малыш затормозил, едва не сбив меня с ног, потянулся ко мне мордой, захрипел, забулькал, выставил синий язык, стараясь дотронуться до кровоточащего плеча. Сопротивляться мне и в голову не пришло, позволила слизать кровь и несколько раз провести горячим языком по больной руке.

— Хватит, Малыш, — положила ладонь на нос гэрха, останавливая. — Больно.

Привалилась головой к морде Малыша, чувствуя, что вот-вот потеряю сознание от слабости. Кажется, я вряд ли смогу сама себя зашить, — была последняя мысль, прежде чем сознание все же скользнуло в благословенную тьму.

Уже потом, когда пришла в себя, Тахира рассказала, что зашивала она мое плечо прямо там же, под пристальным немигающим взглядом Малыша. Гэрх наотрез отказался куда-то уходить, унести меня он тоже не позволил.

— Он так ревел, Ирга, — приложив ладошку к груди, рассказывала Тахира. — У меня руки ходуном ходили, — она вытянула впереди себя ладошки, показывая, насколько сильной была дрожь. — Жозеуст тогда так на твоего гэрха посмотрел, подошел к нему вплотную, а тот фыркает паром горячим Жозеусту прямо в лицо. Я бы убежала или просто глаза закрыла, а Жозеуст только зубы покрепче сжал и стоит с твоим гэрхом взглядами меряется. А потом говорит: «Твоя подопечная истечет кровью и умрет, если моя жена не окажет ей помощь! А как она может помочь, если ты ревешь и мешаешь? Ляг рядом и молча смотри!» И гэрх послушался! — восхищенно выпалила Тахира. — Без кашне! Просто слова его убедили, он понял! Лег рядом и больше не мешал.

— Если учесть, что сейчас я лежу в кровати, а не на заднем дворе поместья, вы смогли договориться и о больших уступках, — чуть поморщившись, заметила я.

— Несколько стежков, когда рядом никто не ревет — это довольно быстро. Кровь перестала течь, гэрх успокоился. Лизнул рану, но то и к лучшему. Все знают, как хороша слюна гэрхов при ранениях. А после он согласился вернуться к сторожке вместе с Артароном, и сейчас, должно быть, там же.

— Спасибо, Тахира, за все, — выдохнула, с кряхтением пытаясь сменить положение тела.

— Тебе не за что меня благодарить, любой на нашем месте поступил бы также. Гардар так мало, что рисковать ни одной нельзя, а уж такой одаренной, как ты, и вовсе! — отозвалась она.